Уважаемые наши читатели и подписчики! Уделите пожалуйста несколько минут! Это очень важно!

Мы очень нуждаемся в вас... Поддержите! Важна любая помощь...

Не может быть

Телефонный звонок вспорол утреннюю тишину и заставил Анну оторваться от любимого занятия. Она отложила в сторону пяльцы и сняла трубку.

Незнакомый женский голос показался ей слишком взволнованным:

– Анна Сергеевна Кривцова?

– Да. Это я.

– Извините, что беспокою вас, но мне необходимо поговорить о вашем сыне.

– Что с Димой? Что-то в садике случилось?

– Нет-нет, не волнуйтесь! Я о другом сыне, о Павлике.

– Простите, вы что-то путаете, у меня только один сын.

– А Павел Кривцов, 1998 года рождения, 12 июля? В его личном деле ваш адрес и телефон.

Дата, названная женщиной, была самой большой болью Анны.

Она собрала все мужество и спокойно произнесла:

– Да, в этот день у меня родился сын, но он был шестимесячным и умер на вторые сутки. Если это какой-то розыгрыш, то очень глупый.

– Не кладите трубку, умоляю вас! Мальчик жив! Он в детском доме! Мне нелегко было решиться на этот звонок. Но ради Павлуши… Он такой замечательный мальчик… И представьте себе, уверен, что его родители живы…

– Этого не может быть. Вы что-то путаете.

– Нет, это правда! – воскликнула женщина. – Я очень хотела помочь ему. Павлику скоро исполнится 7 лет, и его заветная мечта – пойти первого сентября в школу с мамой и папой. Я тайком заглянула в его личное дело, чтобы найти вас. Давайте встретимся, я всё вам расскажу.

– Хорошо, давайте встретимся, – неуверенно произнесла Анна. – Через час у памятника Пушкину.

– Хорошо, я буду там, – ответила женщина и отключилась.

Анна снова взялась за вышивку, к которой пристрастилась, потеряв своего первенца, но отложила работу в сторону и начала собираться на встречу с незнакомой женщиной. Если это «развод на деньги», то она поймет это сразу и уйдет. Но что-то ей подсказывало, всё это могло быть правдой. Но как? Почему? Хорошо, что у неё сегодня выходной...

«Может, позвонить мужу? Нет. Сначала надо самой разобраться во всем».

– Уходишь? – спросила её выглянувшая из своей комнаты свекровь Альбина Романовна.

– Да, срочное дело возникло, – бросила на ходу невестка.

Ей совсем не хотелось сейчас что-то кому-то объяснять.

Ещё издали Анна увидела пожилую женщину на скамейке возле памятника. Одета она была просто и строго. Седые волосы гладко зачесаны и аккуратно уложены на затылке.

Анна подошла и молча села рядом.

– Меня зовут Надежда Павловна, – произнесла женщина. – Уже год я работаю нянечкой в детском доме, что на Садовой улице, и, знаете, никак не привыкну к этой детской обездоленности. Я ведь учительница, всю жизнь с детьми, а своих Бог не дал. Когда схоронила мужа, поняла, что не вынесу одиночества, вот и пошла работать. Снова к детям. Хочется каждому помочь, пригреть. Я бы Павлушку усыновила, он такой славный мальчик. Но кто мне разрешит? Возраст, да и здоровье уже не то. И поняла я, что единственное, чем могу помочь ему, так это вернуть мальчику семью, в которую он так верит. Там, в деле, есть ваш отказ от ребенка и все данные о родителях.

– Не может быть! Я не писала отказа.

– Значит, это сделали за вас. Возможно, ваша семья испугалась, что мальчик будет больным, что с ним возникнет много проблем.
– Нет, только не это! Мы все ждали этого ребенка!

– Вы еще молоды и не знаете, на что могут быть порой способны люди. Даже близкие.

Тут она вынула из сумочки фото и протянула его Анне.

Это было невероятно! С фотографии ей улыбался ее второй сын Димка, только немного взрослее и в очках. Сомнений не оставалось – это её сын – её и Алексея. Тот же отцовский нос, что и у Димки, такие же губы. Во всем была видна кривцовская порода. А вот глаза, скорее, её, Анны.

– Что у него со зрением? – с тревогой спросила она.

– Небольшой астигматизм, но это не так страшно. Главное, что он очень умный, добрый и ласковый малыш, – Надежда Павловна с пониманием смотрела на совершенно ошеломленную Анну. – Я уверена, вы все сделаете, чтобы забрать Павлика. Об одном прошу: не выдавайте меня. Что угодно придумайте, только обо мне ни слова. Я не хотела бы лишиться этой работы.

– Я могу оставить фото себе?

– Конечно. Вам сегодня предстоит непростой разговор с родственниками. Надеюсь, оно поможет.

– Спасибо вам! Я еще не могу до конца поверить во все это, но чувствую, что Павлик мой сын.

Женщины попрощались, и Анна медленно пошла по аллее. Что все это значит? Кто так страшно обошелся с ней, лишив сына? А ведь всё могло быть иначе. И не было бы потока слёз, пролитых ею, не было бы острой боли, которую она ощущала при виде счастливых мамаш с колясками. И не пришлось бы перетягивать болезненно набухшую грудь – ведь, оказывается, ей было кого кормить! Выходит, в то время, когда она так страдала, её ребенок был жив!

И кто-то кормил её мальчика, кто-то заботился о нём вместо неё? Кто-то помог ему вырасти, несмотря ни на что. Почему? За что? Она должна узнать ответы! Кто посмел так вероломно вмешаться в её жизнь, изменить судьбу? Неужели, это сделал Алексей? Нет, он не мог! Он тоже страдал по потерянному сыну. Остается свекровь. Но прежде Анна должна кое-что сделать. Она решительно развернулась и зашагала в сторону трамвайной остановки.

Добравшись до детского дома, женщина медленно пошла вдоль забора, вглядываясь в лица гуляющих детей. Павлика она определила по очкам. Он сидел у песочницы и рассматривал книжку. Сердце бешено колотилось. Это он – её сын! Ещё пару часов назад она и не предполагала о его существовании, а сейчас готова была пойти на всё, чтобы вернуть своего мальчика.

– Паша Кривцов! Ты опять на прогулку с книжкой вышел! Поиграй с ребятами! – строгий голос воспитательницы заставил мальчика закрыть книгу.

И тут Анна поняла, что ей следует сделать. Она решительно открыла калитку и направилась к крыльцу. Найти кабинет директора не составило труда.

– Здравствуйте, – решительно начала Анна свой монолог. – Вы представляете, иду мимо и вдруг слышу свою фамилию. Воспитательница обращается к Паше Кривцову. Я вдруг поняла, что это знак свыше, и захотела узнать об этом мальчике поподробнее.

Директриса с недовольством посмотрела на Анну:

– А вы, собственно, кто?

– Моё имя Анна Сергеевна Кривцова. А поскольку мы с мальчиком оказались однофамильцами, то я решила, что при усыновлении ему легче будет поверить, что он нашел свою маму.

– Ну, во-первых, вам еще никто не позволил его усыновлять, а во-вторых, на него сейчас уже оформляются документы одной бездетной парой.

– И все-таки, Марина Петровна, я прошу вас рассказать мне о мальчике. А вдруг он является нашим дальним родственником. Фамилия, согласитесь, не так уж часто встречающаяся.

– Да уж, фамилия эта в недавнем времени была у всех на слуху. Дмитрий Семёнович был личностью известной. На его похоронах чуть ли не весь город собрался. Таких руководителей теперь поискать! Кстати, он не родственник вам?

– Родственник. Это свёкор мой, – подтвердила Анна.

– Но вы особо не надейтесь на родство с Павлом, – продолжила директриса. – У него фамилия может быть и придуманной. У нас такое часто бывает.

Она открыла папку и стала просматривать документы:

– Мальчик поступил из дома малютки. Имя ему дали там же. А вот фамилия у него родительская. Тут есть отказ матери, Кривцовой Анны Сергеевны. Как вы сказали ваше имя?

Анна выхватила у неё папку и стала рассматривать листок, написанный от руки почерком её свекрови. Подпись была, конечно же, поддельная.

– Что вы себе позволяете? – вскричала было директор, но, глянув на лицо женщины, осеклась, налила ей воды и подала стакан.
Немного придя в себя, Анна пояснила ситуацию, рассказав о преждевременных родах и мнимой смерти ребенка. Видимо, Дмитрий Семенович, пользуясь своим положением и имея достаточно средств, чтоб уладить «неприятность», приложил к этому руку. Понятно, что не обошлось и без Альбины Романовны. Сам бы он до такого не додумался, а вот она могла.

Марина Петровна сразу как-то подобрела, смотрела на Анну с сочувствием и пониманием. Попросила пока не нервировать Павлика. Сначала разрешить эту семейную проблему, а потом прийти вместе с мужем, чтоб оформить документы. И заверила, что мальчика не отдаст в другую семью, раз у него нашлась своя.

Анна вышла на крыльцо, детей на площадке уже не было. Идти домой не хотелось. Она не желала сейчас видеть Альбину Романовну и не представляла себе, как сможет дальше жить с ней под одной крышей. Свекровь всегда относилась к ней предвзято, считая, что её сын достоин лучшей партии, чем эта голодранка, рано лишившаяся родителей и воспитанная бабушкой, теперь уже покойной.

Анна терпеливо выслушивала постоянные колкости в свой адрес, но молчала, стараясь не обострять ситуацию. Никого у неё не было на всем белом свете, кроме её мужа и сына. Нет, теперь уже двух сыновей, семилетнего Павлика и пятилетнего Димки. Вспомнив о Димке, она решила забрать его пораньше из детского сада и погулять с ним до вечера.

Когда они вернулись домой, свекровь стояла у плиты, сердито помешивая что-то в кастрюле.

– Что это ты сегодня на весь день пропала? – сердито буркнула она.

– А кое-кто пропал на семь лет и ничего!

Анна сделала вид, что не заметила вскинутых вверх бровей Альбины Романовны и пошла с сыном в детскую, бросив на ходу, что они поужинали в кафе. Вскоре, услыхав, что вернулся муж, она включила Диме его любимый мультик, достала из сумочки фото и вошла в кухню, где заботливая мамаша хлопотала перед любимым сыном, уже успев посетовать, что жена о нём совсем не заботится. Алексей в ответ ей что-то промычал с набитым ртом и улыбнулся вошедшей жене. Анна молча положила фото на стол и стала наблюдать за реакцией своей семьи.

– Кто это? Димка, что ли? Почему в очках? – спросил Алексей.

А Альбина Романовна вдруг побледнела и присела на стул.

– Нет, не Димка, это Павлик, твой старший сын, – ответила Анна.

– Что за шутки? – недоуменно смотрел на неё муж.

– А это ты у мамы спроси. Зачем она так «пошутила» над нами семь лет назад, лишив нас сына.

Алексей переводил взгляд то на мать, то на жену, силясь понять, что происходит. Альбина Романовна резко встала, заявив, что она ничего не знает, ни в чем не виновата и ушла к себе в комнату с гордо поднятой головой.

И тут Анна не выдержала и расплакалась. Размазывая по лицу слезы, она пересказала мужу все, что узнала и увидела в этот день. Он долго молчал, потрясенный услышанным. Потом поднялся, пошел в комнату матери и плотно затворил за собой дверь. Анна не слышала, о чем они говорили, но Алексей вышел оттуда с каменным лицом.

А назавтра они пошли в детский дом знакомиться с сыном. Сидя в кабинете директора, нетерпеливо смотрели на дверь, в которую вот-вот войдет Павлик. Стоит ли говорить, какое волнение испытывали оба при этом. Мальчик, едва переступив порог, всё понял без лишних слов. В его распахнутых глазах можно было прочесть и робость, и удивление, и великую радость.

– Наконец-то, мы нашли тебя, сынок, – проговорил Алексей.

А тот шёл к ним, улыбаясь, и повторял:

– Я знал! Я знал!

Анна бросилась к сыну, обняла его и, стараясь сдерживать непрошеные слезы, гладила коротко стриженую головку притихшего парнишки.

Марина Петровна, проникшись этой нестандартной ситуацией, позволила забрать Павлика домой, не дожидаясь, когда будут оформлены необходимые бумаги.

Когда подошли к машине, Павлик завороженно спросил:

– Это ваша машина?

– Это наша машина, сынок, значит, и твоя тоже. Всё наше теперь и твоё! Понимаешь?

Но это пока было недоступно пониманию мальчика. В «Детском мире», куда они заехали по дороге, чтобы купить сыну одежду, Павел смотрел на кучу вещей и никак не мог понять, что это теперь его вещи, и он может надевать то, что захочет. Он не привык, чтобы его спрашивали, какая куртка или рубашка ему больше нравится.

Он всегда надевал то, что выдадут, даже не предполагая, что одежду можно подбирать к цвету глаз или волос. С нескрываемым обожанием смотрел он на своих родителей, старательно выговаривая слова «мама» и «папа», словно пробовал их на вкус. Слова были непривычными, но такими теплыми и приятными.

Когда Алексей притормозил у подъезда, мальчик опять спросил:

– Это ваш… ой, наш дом?

– Да, сынок, это теперь и твой дом.

Войдя в квартиру, Павел снял обувь и аккуратно поставил её в сторонку. Анна отметила про себя, что мальчик приучен к порядку, чего нельзя сказать о его младшем брате.

– Дима, выходи с братом знакомиться! – крикнула она.

Из бабушкиной комнаты вышел надутый сын и исподлобья посмотрел на Павла. Вот этого Анна никак не ожидала! Ведь вчера, узнав о том, что у него есть старший брат, Димка очень обрадовался. Что за перемены?

– Идите в вашу комнату, покажи Павлу игрушки и книги, а я пока чай приготовлю.

– Не покажу! – сердито буркнул мальчик. – Это всё моё, я не буду с ним делиться!

– Вот это новости! С чего вдруг? – удивленно спросила Анна.

– А может, он и не брат мне вовсе! – проворчал Дима и добавил. – Сирота казанская!

Павел тут же напрягся, втянул голову в плечи.

– Так! Кажется, я кое-что начинаю понимать! – Алексей направился в комнату матери.

Анна взяла мальчиков за руки, подвела к зеркалу и сказала:

– Посмотрите внимательно, и зеркало скажет вам, братья вы или нет. Вот эти носики. Вот эти ротики, эти ушки, – продолжала она теребить мальчишек. – Они же абсолютно одинаковые!

Сыновья внимательно смотрели в зеркало, а Анна, улыбнувшись, сказала:

– Ты еще не представляешь, Димка, как тебе повезло! У тебя есть старший брат, который всегда будет тебя защищать!

Мальчишки робко улыбнулись, а она легонько подтолкнула их в сторону детской комнаты.

Альбина Романовна складывала вещи, готовясь к переезду. Сын вчера довольно жёстко предложил ей сделать это как можно быстрее. Он уже давно купил ей однокомнатную квартиру в новом доме, но она не спешила туда перебираться. Она понимала, что виновата перед ним, но никогда не признала бы свою вину. Такой уж у неё характер.

Надавить на мужа ей не составило большого труда. Поначалу он отказывался, говорил, что это не по-людски, но она знала, на какие кнопки надо нажать.

Муж давно был ей неверен. Она об этом догадывалась, но не показывала вида. То положение, которое он ей создал, перетягивало чашу весов с её обидами. Она делала вид, что ничего не происходит, ходила с гордо поднятой головой. К каждому наряду в её гардеробе была своя пара обуви, к каждому пальто – две-три шляпки. Коллеги с завистью перешёптывались за её спиной. Не хватало ей только их жалости, когда узнают, что у неё неполноценный внук.

Она привыкла к тому, что всё у неё всегда на высшем уровне, значит, и внук должен быть нормальным, доношенным, здоровым ребенком, которым можно гордиться, как и всем остальным в её жизни. Вот и припугнула она тогда мужа скандалом, который может устроить ему, подорванной репутацией, позором перед сыном. И он сдался. Он всё устроил. Но это его и подкосило.

Смотреть в глаза сына и невестки, оплакивающих своего ребенка, и знать, что он жив, было невыносимо. Два года таких мучений его доконали. И когда у него родился здоровый внук, сердце его не вынесло. Инфаркт стал причиной его смерти на следующий день после рождения Димки, которого и назвали так в честь деда.

Вчера сын упрекал её в том, что она взяла на себя роль Господа, что вздумала решать людские судьбы, что лишила их радости на долгие семь лет, что ребенка оставила без родительского тепла и ласки, что она просто чудовище после этого. А что, собственно, она такого сделала? Звонок телефона прервал её мысли.

Анна, убиравшаяся в коридоре, услышала голос Альбины Романовны:

– Да, все замечательно. Вот переезжаю в новую квартиру. Что? Да! Очень хорошая! Планировка улучшенная. Да. Хороший сын. Заботливый! Да, пора отдохнуть, пожить для себя. Да, сколько можно. Дети, внуки, всё для них. Да-да. Конечно, я счастлива. Да, новая жизнь. Теперь можно и о себе подумать.

«А о ком же вы всю жизнь думали, как не о себе, Альбина Романовна?» – подумала Анна и пошла к сыновьям.

Автор: Вера Мосова

Дорогие читатели!

Меня зовут Ева. Я руководитель и главный редактор этой странички. Многие из вас со мной знакомы (из вопросов и сообщений на странице), со многими мы успели подружиться, а с некоторыми даже встретиться! Сегодня, я ещё раз хочу выразить слова огромной благодарности всем, кто остается в числе подписчиков и постоянных читателей этой странички!

Я очень благодарна за то, что многие из вас принимают активное участие в жизни странички: вы присылаете свои истории, просите помочь найти уже ранее опубликованные и просто желаете хорошего дня! Мне очень приятно, что моя работа не завершается лишь на том, что вы возвращаетесь только для того, чтобы прочитать очередной рассказ, но и даёте обратную связь, которая выражается в вопросах, эмоциях, предложениях, пожеланиях, возражениях, просьбах… Это важно! Это главное свидетельство о том, что я стараюсь не зря! Мне нравится то, что я делаю, и, когда-то простое хобби и увлечение - отчасти стало моей постоянной занятостью. Это на самом деле огромный труд, требующий много времени.

Отдельной строкой я хочу выразить огромные слова благодарности всем, кто поддерживал страничку! Ниже, в комментариях к этому посту я упомяну каждого, кто помог, и, буду это делать всегда. Спасибо, что остаётесь неравнодушными…

А ещё, я хотела бы сегодня поделиться с вами одной новостью… Так случилось, что в конце прошлого месяца я попала на операционный стол... Не буду мучать вас долгими рассказами о том, как более шести часов хирурги колдовали надо мной и т.д. Понимаю, что людей много, люди разные, в том числе и их мнения, но в то же время я не против поделиться своей историей с теми, кому это действительно интересно.

В любом случае, итог таков, что это было неожиданно, а впереди – долгие месяцы восстановления и относительной беспомощности... И, как бы я не сопротивлялась... - сама я не справлюсь...

Друзья, я прошу помощи у ВАС...

Я обращаюсь к каждому, кто может пожертвовать любую сумму, которая не ухудшит ваше положение. Я прошу каждого, у кого есть несколько минут и возможность для того, чтобы пожертвовать незаметные для кого-то, но так необходимые для меня даже 10 рублей... Прошу вашей поддержки… Прошу вас, простите меня, что обращаюсь к вам с такой просьбой и таким прямым текстом, а не из-за угла и мягко-лестно…

В ближайшие несколько месяцев мне необходимо собрать не малую сумму и вернуть за медицинское вмешательство… сама я не смогу, сама я не справлюсь… от того страшно… а ещё стыдно… мне очень стыдно произносить такие слова…

Друзья, я очень надеюсь и жду вашей поддержки! Каждую секунду я молю Бога о помощи и свято верю в то, что я не останусь одна… Я всегда старалась откликнуться на ваши вопросы, просьбы и сообщения, а сейчас, я прошу откликнуться вас…

Пожалуйста, сделайте это прямо сейчас! Пусть даже это будут 10 рублей…

Если Вы находитесь в РФ, помощь можно оказать по этой ссылке: https://sobe.ru/na/j2C2g1L1Y0q7

Если Вы находитесь за пределами РФ, помощь можно оказать по этим реквизитам: номер счёта: 31 1090 1476 0000 0001 5012 9253 (USD) или по номеру телефона: +48888166663 (Польша).

Пожалуйста, сделайте это прямо сейчас!

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓