Приданое от бывшей свекрови

С мужем Оксана ошиблась. Еще в Вузе, когда она забеременела, то ей казалось, что повезло. Женя сразу предложил пожениться. У них вообще как-то все быстро складывалось.

Оксана была девушкой скромной, из простой семьи, и Жене пришлось ходить за ней чуть ли не по пятам, чтобы та перестала смотреть себе под ноги при разговоре. А уж первой постельной романтики Жене пришлось ждать полтора года. Конечно, он не забывал перехватывать подарки судьбы от более доступных сокурсниц. Он был уверен, что Оксана не узнает. Она и не узнала.

Проблемы начались сразу после переезда в родной город мужа. Из ласкового и обходительного он внезапно превратился в чужого и наглого человека. Если раньше он мог это легко скрывать, живя в другой комнате общежития, то на одной площади явиться пьяным и отоспаться не получалось. Оксана видела совершенно другого супруга.

Он мог пропасть на 3-4 дня и явиться в таком виде, словно спал на улице. Девушке бы сбежать, но родители остались на другом конце страны, а молодость верила в то, что с рождением ребенка она увидит того заботливого Женю, что был раньше.

Устроиться на работу до родов не вышло. Все работодатели с улыбкой проводили вялые собеседования. Ради приличия. И та и другая сторона понимали, что никто не собирается принимать молодого специалиста без опыта работы, да еще и «с пузом». Сколько она отработает? Два месяца, а потом декрет и снова искать замену? Это не серьезно.

Оксана пыталась найти работу удаленно, размещая на сайтах свои резюме, как художника. Рисовать ей всегда удавалось, но не одна она умела рисовать. Соискателей с похожим набором навыков было достаточно и на ее резюме не приходили отклики.

Затем родилась Катенька и жизнь пошла в совершенно ином ключе. Для Оксаны в новом. Женя жил по своим правилам. Хотел гулять и гулял. Хотел пить – пил. Родителям Оксана лгала, чтоб не расстраивать двух стариков. Она их всегда берегла, будучи единственной дочкой, которая у них появилась, как последний шанс стать родителями. Она росла в любви и не могла просто нажаловаться на судьбу. Боялась, что родители не переживут, что где-то мучается единственная дочь. Для них у нее было все хорошо, даже когда на диване храпел пьяный Женя.

Свекровь не желала воздействовать на сына, отговариваясь, что не хочет влезать в жизнь молодой семьи. Да и что такого? Сын у нее еще молодой для семьи. Он нагуляется и будет отличным отцом. Не мешай.

— Тем более, что он там пьет? Вот отец его не просыхал, — вспоминала свекровь, прихлебывая чай на кухне молодой семьи, — Я его трезвым видела только в гробу. А сына просто погулять хочет. Мужикам наш женский быт в тягость. Поэтому нужна хорошая жена. Я ему же посоветовала за тебя держаться. Сразу поняла, что будешь хозяюшкой. Не то, что эти карьеристки. Что им не скажи, так тявкают в ответ. От них ни внуков не дождаться, ни чаю. А Женька маленьким такой забавный был!

Эти истории о забавном Женечке Оксана слышала не впервые. Раньше она ждала, что свекровь как-то облагоразумит сына. Потом старалась даже не возмущаться в присутствии свекрови поведением супруга, чтоб не слушать о том, какой он был раньше хорошенький. Что ей до этого, когда муж снова где-то шатается? Ей ребенка скоро кормить, а голова до сих пор спит. И уже без разницы, что свекровь удивляется, чего это к ее внезапному приходу нет даже печенья.

То, что Оксана уже полтора года, как не высыпается, свекровь не желала знать. Она тут мимо проходила и решила зайти глянуть на внучку. Правда, Катюша не желала просыпаться, даже когда Оксана попросила не тормошить спящую дочь. Что еще остается, если внучку на руках не дают подержать? Правильно! Надо рассказать о том, как ей жилось, а то молодежь нынче избалована благами цивилизации.

— А в мое время вообще памперсов не было. Магазин был далеко от дома. Я Женю на соседку оставляла, а у той у самой двое было на тот момент. А я бежала в магазин нам обеим продукты покупать, — вспоминала свекровь про свою непростую жизнь, словно с намеком, что ей было тяжелее, так что нечего тут зевать при ней с уставшим взглядом. А Оксана выпадала из разговора. Она уже привыкла дремать с открытыми глазами и есть на ходу. Мужа свекровь «хорошо» воспитала. Он верил в то, что быт – это не мужское занятие. А вот уважить любимую маму надо. Не только чаем с угощением, но и разговором. Только у Оксаны не получалось, за что и получала недовольство от мужа.

-Ты как мать мою встречала?! – трепал нервы с утра протрезвевший муж, — Она говорит, что ты даже поговорить не захотела. Высыпала ей старые сухари на блюдо и зевала!

— Катя спать не давала. Вертелась всю ночь, — спокойно отвечала Оксана. Кричать и выяснять отношения было себе дороже. Пьяным Женя мог и припомнить все ее слова, извратив и дополнив. Она уже однажды видела, как он с мутным взглядом замахивался на нее, вспомнив старый разговор. Хватило, чтоб не повторять больше такой ошибки.

— Да что ты вообще делаешь? Ты же дома сидишь! – хмыкал Женя, — Катька спит постоянно. Ты только жиром тут и зарастаешь на мои деньги. И бесконечно жалуешься. Ни улыбки от тебя, ни тепла.

А потом наудачу Оксана смогла пристроить Катю в ясли. Она тут же схватилась за первую работу, с которой позвонили и пригласили. Можно было бы и повыбирать, а не идти санитаркой, но из других компаний никто так и не перезвонил. Маленький ребенок – это же вечные сопли и болезни. Зачем такой работник им в успешной фирме?

Работать приходилось сменами, а дома на мужа ребенка оставлять было страшно. Кто знает, когда он решит уйти гулять по барам, забыв, что он отец? Поэтому Оксана упросила заведующего о возможности брать малышку с собой на работу. Тот не хотел соглашаться. Больница не место для детей. Но, с другой стороны, Оксана показала себя хорошим работником. Где он на такую работу найдет человека, кто не сбежит через неделю или не пропустит смену из-за возлияний? Оксана удачно дополняла уже сложившийся коллектив пенсионерок.

— Катюша снова с нами будет? – ворковала тетя Люся с улыбающейся девчонкой.

— Глаза-то какие огромные. Ох, Оксана, краса-дева будет. От женихов не отобьешься! – смеялась тетя Валя.

На работе, пусть и не такой престижной, как в офисе, Оксана себя чувствовала спокойнее, чем дома. Здесь не надо было ждать мужа, который мог и не прийти. Но она всегда боялась поворота ключа в замке. Какой он идет? Трезвый или пьяный? Веселый или злой? Как ей себя вести, чтобы он просто не смотрел в ее сторону? Да и за Катюшку ей было спокойнее. Ребенку не объяснишь, что папа не в настроении общаться.

Оксана не всегда молчала. Когда муж был трезвым, она иногда начинала разговор о том, что было бы неплохо изменить жизнь. Друзья – это хорошо, но ведь ребенок почти без него растет.

— О чем мне с ней общаться? – удивлялся Женя, глядя, как дочка листает книжку с большими картинками, — Это твоя бабская задача. Как готовить, убирать и стирать. Для того и женился.

А на попытки заговорить о вреде алкоголя их супружеской жизни и вовсе зверел:

— Я не алкоголик, чтоб ходить по всяким врачам для алкашей! – злился муж, — Ты в квартире живешь, купленной на мои деньги. Я ипотеку выплачиваю! А еще у меня земельный участок за городом есть. Еще прадед мой там дом купил. Много ты алкашей с земельными участками встречала, курица?!

Про этот дом Оксана слышала не часто. Что вспоминать, если туда даже мама Жени не ездила уже долгие годы. Правда, как-то она обмолвилась, что этот дом раньше принадлежал купцу, которого раскулачили и дом себе взял ее дед. В начале, как председатель села, а потом понемногу дом перешел в полноправное владение их семьи.

Поговаривали, что ушлый купец не все свои богатства забрать успел и в доме есть клад. Но дом весь проверили, как могли обыскали и ничего. После смерти родителей в права наследства вступила мать Жени, а потом переписала этот дом с землей на сына, как подарок на рождение внучки. Вдруг деньги понадобятся, вот и продаст. А теперь этот кусок земли при любой возможности всплывал в раздраженных ответах Жени.

О том, что пора бежать Оксана думала не раз. Она уже привыкла прибирать за пьяным мужем. Привыкла готовить, убирать, мыть полы и посуду. Привыкла не спорить и подбирать слова. Привыкла, что интимная близость происходит по его желанию. Это бы продолжалось еще много лет, если бы однажды инстинкт самосохранения не заработал с новыми силами.

Женя, вернувшись с очередной попойки, домой входил шумно. Его мотало из стороны в сторону, словно под ногами пол качало, а он пытался устоять. Он упал, свалившись на этажерку с обувью. Громко матерясь, он кое-как встал на ноги, но тут же мутный взгляд сконцентрировался на движении в коридоре. Маленькая Катенька встала с кроватки и вышла на шум.

— Папа, тихо, — сообщила девочка, приложив пальчик к губам. Ей было всего 3 годика, но она понимала, что ночью люди должны спать в своих кроватках.

— Ах, ты мелкая гнида! — взревел папаша, — Указывает она мне!

Дочку собой закрыла Оксана, успевшая спросонья определить, откуда идет визг дочки и прибежать на ее крик. За это и получила кулаком в спину.

Муж забылся пьяным сном, а Оксана, усадив дочку на кухне пить чай с сушками, прокралась в комнату и принялась собирать вещи. Взяла только самое необходимое и ушла с дочкой на работу. Больница никогда не бывает закрыта. Всегда кто-то есть. Когда она вошла в комнату санитарок со своим скудным скарбом, то тетя Люся всплеснула руками:

— Да, не уж-то решилась уйти от своего охламона?

Оксана кивнула и разревелась. Сил больше сдерживаться не было. Да и надо ли? Тетя Валя тут же отвлекла Катеньку, предложив на выбор вафлю или бутерброд с сыром и маслом. Катенька от такого изобилия растерялась, но рассудила, что бутерброд один, а вот вафель еще пять штук, значит стоит согласиться на бутерброд.

Развод прошел легко. Свекровь где-то подсуетилась и молодую ячейку общества развели без предложений еще раз все обдумать. Оксане только и тыкали галочками, где подписать. Строго и словно с упреком, что она такого золотого человека упустила. И не стыдно же ей здесь еще что-то из имущества ждать! У Оксаны не было сил спорить и доказывать обратное. Главное, разорвать с этими людьми все контакты. Она готова была уйти и без имущества, только бы отпустили, но свекровь насильно уговорила ее на земельный участок.

— Вот пройдет время и ты внезапно вспомнишь, что мы тебе ничего не дали, а полагается. Еще скажешь, что не было раздела имущества и будешь права. А мне суды не нужны, даже если ты ничего бы и не получила. Репутация дороже! — сейчас свекровь не нежничала, как когда-то на кухне. Говорила быстро и строго. Оксана устало слушала. Не требуют же отдать, а наоборот отдают.

Оксане достался участок за городом. Она знала, что там стоит старый дом, да и сам участок в часе езды до городка, так что с работы можно было не уходить. Но, когда она туда приехала, то поняла почему так спешно все оформлялось и от чего суетилась свекровь, да и ее бывший муженек был тих, как вода. Будто никогда и не был зверем.

Чистый, выбритый и сама кротость на лице. Алименты только начислили такие, что стало понятно, где они с мамой тоже подсуетились. Оксана была рада и этому. Главное, теперь не бояться, когда дверь в замочной скважине проворачивается. Теперь же все будет хорошо!

Перед Оксаной стоял полуразвалившийся дом. Одна из комнат была сырая от недавнего дождя, который лился по дальней стене. Туда даже страшно было заходить. Оставалось еще две комнаты. В одной было мрачно из-за расположения окна на северную сторону и растущего напротив старого клена.

Другая была смежная с кухней и туда вполне помещались две кровати. Оксана давно заметила, что по дому гуляет сквозняк и только потом присмотрелась к окнам. Все стекла были выбиты, будто специально. Сам же дом был совершенно без мебели. Кое-где на темном от времени деревянном полу виднелись свежие царапины.

— Ой, тут такое недавно творилось. Прошлая хозяйка приехала и всю мебель вынесла, — сообщила соседка тетя Маша, решив завязать разговор с новыми соседями, — Я-то подумала тогда чего мебель выносить? Старая, да. Но ведь на первое время бы сгодилось, хоть чашку на стол поставить. А она сказала, что новым хозяевам ничего не понадобится. Никогда мне она не нравилась. Скользкая какая-то. Вроде бы и разговаривает, а словно прощупывает куда бы ужалить. Но ты не переживай. Я своего мужа пришлю. Он посмотрит, чем вам помочь.

Loading...

— Спасибо, да только удобно ли? – забеспокоилась Оксана.

— Городские, — широко улыбнулась тетя Маша, — А на полу думаешь с ребенком спать под сквозняком удобно? Брось эти глупости. Сейчас идем чай с блинами пить. Любишь черничное варенье? – обратилась она к Катеньке.

— Не наю, — честно ответила девочка.

— Вот и узнаем. Если что у меня есть еще яблочное пюре, — обратилась она к Оксане уже направляясь в сторону своего дома, — Сама делала. С лимонным соком.

Соседи на неопределенное время приютили к себе Оксану с Катенькой. Дел в старом доме было так много, что о мебели речи и не шло.

— Каминную трубу кирпичами завалили, — дядя Вова намазывал на блин густую сметану, а Катенька распахнув свои глазенки смотрела за этим невероятным действом. Они с мамой раньше очень экономно ели сметану, а тут можно прям с горкой класть!

— Ой-ёй-ёй, — причитала тетя Маша, — Змеи. Хорошо, что они уехали. От таких людей не жди добра. Ты хорошо дом проверь с Костей, чтоб не было проблем. Какие же они!.. — в сердцах начала женщина, но глянула на Катеньку и выдохнула весь свой гнев в сторону.

И началась другая жизнь. С утра на работу Оксана ехала на автобусе вместе с Катенькой. В городе уже отвозила в садик и спешила на работу. Если Катенька болела, то тетя Маша, даже не спрашивая, ставила малиновое варенье на стол и сообщала, что завтра посидит с Катей и вызовет врача. Оксана пыталась как-то проявить вежливые попытки не навязываться и не пользоваться помощью соседей. Ведь неприлично быть такой нахалкой! Но тетя Маша говорила свое коронное «городские» и обезоруживающе улыбалась, отпуская Оксану на работу. А однажды она призналась:

— Я ж сама молодой переехала сюда за Вовкой. Свекровь – золотая женщина была! Послал мне ее Господь, честное слово. Всему меня дурёху городскую научила и во всех спорах была на моей стороне. Во всяком случае, я всегда знала, кому пожаловаться на Вовку, — смеялась тетя Маша.

— И много жаловались? – попивая чай, улыбалась Оксана.

— Поначалу да, но потом все меньше. Да сейчас вспоминаю и все глупости какие-то ей рассказывала. То посмотрел не так, то сказал не то. Как она меня слушала? – удивлялась женщина, — А ведь находила слова, которые успокаивали и давали сил не пилить Вовку. А потом она нам с Костей помогала. Придет к нам заберет Костика с собой, а я дома отсыпаюсь после бессонной ночи. Святая женщина. Или же выгоняла меня гулять с мужем, а сама с внуком шла гулять в другую сторону. Так и говорила «огурцы больше не ешьте вы и без того зеленые. Смотреть страшно».

Оксана смеялась до слез. После столь долгого периода беспросветной тоски она открыто смеялась над историями соседки.

Через два месяца старый дом был готов к новым жильцам. Дядя Вова с сыном постарались на славу. Из остатков былого величия смогли сделать что-то способное на жизнь. Соседи предлагали остаться пожить у них еще. Ведь даже то, что мужчины смогли сделать все равно для долгой жизни не пригодно. Дом старый, как ты не крутись с ним, а будет давать о себе знать. Чинить бесполезно. Хорошо, если даст зиму прожить. Но Оксане было совестно стеснять соседей.

И так они от денег за проживание отказались, а уж про ремонт дома и слышать не желали. Какие деньги? За что? Оксана покупала продукты к столу и тетя Маша почти смирилась с тем, что им все равно стараются отплатить. Только по ее хитрому взгляду Оксана понимала, что ее задумку разгадали. Но тетя Маша не нагнетала ситуацию и с удовольствием пила чай с эклерами, вздыхая, что так и не дается ей заварное тесто. Хитрое такое!

Старый дом быстро наполнился вещами для жизни. Соседи, с которыми Оксана перезнакомилась очень быстро, благодаря тете Маше, приносили то, что им без надобности. Оказывается администрация поселка, узнав о том, что жилой дом стоит без мебели, не без содействия тети Маши, вывесил объявление, в котором указывались минимальные предметы мебели для комфортного проживания женщины с ребенком. Что уже появилось в доме, то вычеркивали из списка. Так дом Оксаны обставили ровно за одну неделю. Дядя Вова с сыном Костей принесли старый холодильник еще в первый день. Шумный, но рабочий. Катенька очень скоро стала засыпать под его тарахтенье в своей кроватке.

Когда Оксане выпадали ночные смены, то с детского сада Катю к себе с ночевкой забирали тетя Люся или тетя Валя. Они Катеньку называли никак не иначе, как «внученька», а она их в ответ звала «бабушками». Родной отец Катеньки и ее бабушка с момента развода не давали о себе знать, чему Оксана была и рада. Еще свежи были в памяти причины развода.

Костя и его отец временами приходили в гости, но по делу. Посмотреть, проверить. Тетя Маша всегда смеялась над этим:

— Дома-то они вдвоем уже «наигрались». Поставили сарай, баню, гараж. Уже заскучали, а тут вы приехали и открыли доступ к новой «игрушке». До сих пор не наигрались. Раньше-то в этот дом им путь был закрыт, а теперь ты их не прогоняешь. Вот им подарок!

— А я боялась, что навязываюсь, — призналась Оксана.

— Да, ты что?! Смотри, с каким азартом мальчишки занимаются скосом травы под грядки! Я тебе потом кустики клубники дам. Покажу, как ее разводить. Своя ягода будет и покупать не надо, — улыбалась женщина.

Жизнь шла своим чередом. Оксана смогла найти работу администратора в медицинской клинике. График лояльнее, работа не такая выматывающая и ребенка она теперь могла сама забирать и отводить в сад. Но связи со своими тетушками не теряла. Они были уже, как одна семья. Ей было за что благодарить двух санитарок, кто не отвернулся от ее беды и так вовремя смог протянуть руку помощи.

Дом же жил своей жизнью. Оксана привыкла к его кряхтению и скрипам, на которые чаще всего обращаешь внимание по ночам. Костя временами, приезжая к родителям из города, заходил к Оксане, чтобы помочь, а то ведь она сама помощи не попросит. А в доме-то требуется не только ремонтировать, но вдруг воды надо набрать с их колодца или с магазина привезти продуктов? А может завтра с утра ее вместе с Катенькой отвезти в город? Не всегда же в этом автобусе толкаться.

Разговоры становились длиннее, а обычные встречи на пороге постепенно перешли в спокойное общение заполночь. Костя вначале приезжал к родителям по выходным. Потом среди недели стал появляться, а затем и вовсе переехал к ним, заявив, что в городе пыльно, а ехать в машине на работу каждый день его ничуть не утомляет. Родители переглянулись и не стали пытать сына об истинных причинах возвращения в отчий дом. И так все понятно. Причина его любви к родному дому жила за забором с дочкой.

Катенька теперь каждый вечер просила, чтоб сказку ей читала не мама. Она так и говорила «хочу, чтоб не мама». Оксану это веселило:

— Немама, ты чай с оладьями будешь? — обращалась она к Косте, стоя от поливаемых грядок подальше.

— Немама только со сметаной ест, — Костя веселился, стараясь достать струей воды из шланга до Оксаны.

— Папа, мама, ну прекратите шалить! — Катенька погрозила двум застывшим взрослым своим пальчиком, — А то я вас защекочу! – она хмурила бровки, стараясь подражать тому смешному лицу, что делал Костя, когда Катенька шалила.

— Это я тебя защекочу! – Костя откинул в сторону шланг и кинулся в направлении дома. Катенька с звонким визгом на всю округу побежала в дом. А Оксана так и осталась стоять, глядя на льющуюся из шланга воду, но на ее губах появилась легкая улыбка счастья.

Свадьбу гуляли всем поселком. Многих Оксана знала лично, кто забегал поздравить. Родителей Оксаны разместили в доме свекров. Катенька гордо хвасталась местной ребятне, что у нее четыре бабушки.

— Бабушки всего две, — спорил с ней рыжий, как солнышко, мальчуган.

— Это у тебя две, а у меня четыре, — и Катенька начинала загибать пальчики, — Бабушка Маша, бабушка Зоя, бабушка Люся и бабушка Валя. Вон они на лавке у дома сидят с семечками.

— А вот узнаем, — мальчишка деловито подошел к женщинам, — А вы правда все бабушки Кати?

— Все, — кивнула мама Оксаны и женщины рассмеялись, наблюдая, как у мальчишки от удивления глаза округлились.

— Повезло. Это ж сколько конфет от каждой бабушки ты получаешь? – мальчишка повернулся к Катеньке под тихое хихиканье ее бабушек.

— Вот сколько, — Катенька показала все пальчики на руках, что сильно впечатлило мальчишку.

После свадьбы мужчины сразу принялись за постройку нового дома для молодых. Жить можно было и у свекров, но своя крыша над головой необходима. Но для начала стоило старый дом разобрать. Дядя Вова аж светился от счастья, когда зашел на участок молодых, чтоб поработать. Он не только руководил процессом, но и сам принимал участие.

Женщины хлопотали по дому, временами выбегая на крыльцо от громких звуков за забором. За чаем они рассуждали о планах на будущее и о ценах в магазине.

— Оксана! – в дом влетел Костя. По его взгляду было понятно, что он чем-то шокирован, но его широкая улыбка отметала все тревожные мысли, — А домик-то не простой оказался! Смотри, что мы нашли, — он протянул жене небольшую поржавевшую коробку. Женщины ее открыли и увидели холщевый мешочек, а развязав его, так и ахнули. В мешочке лежали золотые украшения с камнями старой огранки.

— А ведь мне бывшие родственники рассказывали, что дом до революции принадлежал купцу, которого со сменой власти раскулачили и сослали вместе с семьей. Этот дом несколько раз обыскивали все, кто хоть что-то знал про сокровища.

— Плохо искали, — улыбнулся Костя, — И плохо дом грели. В стене деревянная затворка была. Глаз не цепляется за нее, а от времени она потемнела. Потом от сырости в нежилом доме ее расперло, а, когда стена отвалилась, то солнца она рассохлась. Мы с отцом как раз стену дома разбирали. Она возьми и упади на траву. Я пригляделся, смотрю, что в бревне дырка какая-то появилась. Подошел ближе, а это больше на крышку похоже. Сдвинулась сантиметра на 3. Руку просунул, а там пустота. Интерес взял и крышку выломал, а там эта жестяная банка. Страшная, ржавая, но клад сохранился.

— Ну, стоит поблагодарить бывших соседей, — засмеялась тетя Маша, — Оказывается и от поганых людей польза бывает. Дочку мне с внучкой подарили, участком земли обеспечили, а теперь еще и приданное подоспело!


Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Loading...