Неправильный

Алексея разбудил звонок мобильного телефона. Нащупав его под кроватью, он прислонил трубку к уху.

— Леха, здоров! Ты чего, спишь, что ли?

Звонил Игорь — коллега по работе, с которым они сдружились за последний год и частенько проводили вместе время.

— Уже не сплю, — сонно пробормотал Алексей.

— Ты на парад идешь? Ну, в смысле, с портретами. Мы тут всем офисом собрались, ты с нами?

— Не, я, наверное, дома побуду.

— В смысле? — было слышно, что ответ удивил Игоря. — День Победы, вообще-то.

— Да у меня нет фотографий. Как я пойду?

— Ну и что? Хочешь, я тебе фотку своего прадеда дам, с ней пройдешь. У меня же двое воевали — один по отцовой линии, а второй по матери.

— Да ну, Игорь... Что ты говоришь такое? Это же твои предки.

— А что, западло с моими пройти? Какая разница? Давай, собирайся. После парада в лес двигаем на шашлык. Отметим праздник.

Алексей посмотрел в окно. Майское солнце уже набирало силу, и заливало светом и теплом зеленеющие деревья.

— Игорь, ты не обижайся, но я сегодня дома.

— Ну чего он там? — послышался чей-то голос в динамике. — Идет, нет?

— Да подожди, сейчас, — ответил кому-то Игорь. — Леха, давай подтягивайся. Чего ты в самом деле? Или... — он сделал паузу. — Слышишь? А у тебя, вообще, воевал кто-нибудь?

— Игорь, давай без этого? — вздохнул Алексей.

— А, ну ясно тогда всё, — как-то иронично произнес Игорь. — Всё с тобой понятно.

— Что тебе понятно?

— Да всё! А я еще с утра зашел на твою страницу, а там даже ленточки нет. Ладно, давай. Сиди дома, скорби.

— Да причем тут...

Алексей не успел закончить фразу, так как в трубке раздались короткие гудки, а за ними тишина. Он положил телефон на пол и, откинувшись на подушку, закрыл глаза. Через несколько минут он вздохнул и поднялся с кровати. Умывшись и почистив зубы, Алексей оделся и, накинув легкую куртку, вышел из дома.

— О, сосед! Леха! — послышался знакомый голос со стороны детской площадки.

Алексей обернулся и увидел, что ему машет рукой сосед по лестничной клетке — Виктор Романович. Он со своими друзьями расположился рядом с песочницей. В нескольких шагах от него на земле стоял небольшой мангал, поперек которого лежали несколько шампуров, с нанизанными на них кусками мяса. Алексей махнул ему в ответ и уже собрался идти дальше, но сосед был настроен решительно.

— Леха! Давай к нам!

Алексей показал пальцем на запястье левой руки, пытаясь объяснить Виктору Романовичу, что опаздывает, но тот не унимался.

— Да успеешь! Иди сюда!

Поняв, что так просто от него не отделаться, Алексей шагнул в сторону песочницы.

— С праздником, Леш! — сосед крепко вцепился в протянутую руку Алексея.

— И вас с праздником, — ответил он.

— Это Леха, сосед мой. Знакомьтесь, мужики.

Сосед представил каждого из своих друзей, а затем протянул Алексею рюмку, наполовину наполненную прозрачной жидкостью.

— Давай, Лех, выпьем за Победу.

— Да я ж не пью особо, дядь Вить.

— Давай, давай. Сегодня можно.

— Мне сейчас за руль садиться, мне нельзя.

— Да ничего не будет. Что там? Десять грамм. Даже запаха не останется.

Алексей взял в руку рюмку и поставил ее на скамейку, которая заменяла собравшимся стол.

— Дядь Вить, спасибо, но мне идти нужно.

— Тебе налили, а ты обратно ставишь? — набычившись, вдруг произнес один из друзей Виктора Романовича. — Или ты из этих?

— Из каких?

— Всё, всё, успокоились! Вадик, ну ты чего? — Виктор Романович встал между ними, раскинув руки в стороны. — Не хочет пить, пусть не пьет.

— Да знаю я таких, — хмыкнул Вадик, — у тебя хоть воевал кто-нибудь? Что молчишь?

— Вадик, угомонись, — вклинился в разговор еще один из друзей. — Чего ты на пацана наехал? Видишь же, молодой. Он, наверное, и не знает что сегодня за праздник.

— Так я об этом и говорю! — покачнувшись, округлил глаза Вадик. Он хотел еще что-то добавить, но лишь махнул рукой и, достав из пачки сигарету, закурил.

— Пойду я, дядь Вить, — тихо произнес Алексей.

— Ага, иди, Леш, иди, — виновато отводя взгляд в сторону, кивнул Виктор Романович. — Ты не обижайся на Вадика, ладно? Он просто очень серьезно к этому празднику относится. У него оба деда на войне погибли.

— Да ничего, — кивнул Алексей, — понимаю...

Он вышел из двора, дошел до стоянки и, нащупав в кармане брелок сигнализации, открыл свою машину. Запустив мотор, он положил руки на руль и опустил на них голову. Когда двигатель прогрелся, Алексей включил передачу и выехал на дорогу, ведущую из города.

***

— ... а я ему и говорю: «Нет у меня фотографий», с чем я пойду? А он мне: «Всё с тобой понятно». Что ему понятно? Если у меня и правда их нет? Какие-то намеки еще дурацкие... Думает, наверное, что мне есть чего стыдиться. Мол, предателями какими-нибудь были мои предки, или еще что-нибудь в этом роде.

Алексей отряхнул руки и присел на ствол упавшего дерева.

— А тот, во дворе который. Тоже странный человек — раз не пьешь, значит из этих. Из каких «этих»? Непонятно... — он пожал плечами и вытер пот со лба тыльной стороной ладони. — Картинку к себе на страницу не выложил — выходит, что игнорируешь ты праздник. Ленточку не прицепил на антенну — предатель. Не выпил за Победу — значит что-то с тобой не так, что-то у тебя за душой нехорошее. Разве это правильно? Знаете, даже виноватым каким-то себя сегодня почувствовал.

Он замолчал и, сорвав травинку, принялся крутить ее в руках.

— Хотя, меня даже в школе фашистом иногда обзывали, представляете? Ну, в шутку, конечно. К девятому мая все одноклассники приносили фотографии своих дедушек, бабушек. Рассказывали про них, про их подвиги. Даже медали иногда показывали. А я никогда ничего не рассказывал. А что мне было говорить? Что сгинули они все на той войне? Что все, как один, без вести пропали? Кому такие истории интересны? Всем только героев подавай... Да что я вам рассказываю? Вы получше меня это знаете.

Алексей осмотрелся по сторонам. Деревья старого леса стояли вокруг него молчаливыми исполинами, и как будто прислушивались к его словам. Он перевел взгляд и посмотрел на небольшой холмик перед собой, на котором возвышался маленький, не выше метра, металлический обелиск с погнутой звездой на вершине. На нем не было ни имени, ни дат. Алексей поднялся на ноги и, собрав в охапку вырванную с могилы безымянного солдата траву, отнес ее в сторону. Затем вернулся и снова уселся на бревно.

— Посижу с вами еще немного. Вдвоем оно же всегда веселее будет. Кто знает, может где-то сейчас и с моими прадедами кто-нибудь пришел поговорить. Было бы хорошо. Они бы, наверное, обрадовались.

Автор: ЧеширКо