Айболитыч

– Везет тебе, Андрюха, невеста красотка, ты – почти совладелец сети ветклиник. А между прочим, я первый с твоей Светкой познакомился.

Андрей взъерошил волосы, наклонился к товарищу и серьезно ответил:

– Славка, ты ж без каблуков был, чуть-чуть не дотянулся, вот она меня и выбрала.

На круглом, простодушном лицо Славки растянулась улыбка:

– Андрюха, тебе стендапером надо было становится, а не ветеринаром.

– Чтобы Светланка тебе досталась?

Славка махнул рукой:

– Куда уж мне, а вообще, просто не верится, что мы Академию закончили. Дипломы получим – и на вольные хлеба. Я в свой Заволжск, а ты в вип-ветеринарию Белокаменной.

Андрей прищурил один глаз:

– Славдень, ну не прибедняйся пожалуйста, ваш Заволжск замечательный город, к тому же работать в клинике родителей – особенная радость. Я вот, когда пацаном был, мечтал с дедом-зоотехником трудиться. Ну, почти исполнил мечту.

Славка поднял брови и кивнул:

– А я рад, что к своим еду. В Заволжске всего две ветеринарки кроме нашей, да и те с доисторических времен существуют. Мы с отцом новую, двухэтажную, откроем. Оборудование уже заказали, несколько операционных сделаем. Обещай приехать на открытие.

– Заметано.

– Ну и у тебя тоже семейное дельце налаживается. И правильно. Айболитом лучше работать в хороших условиях. Будете со Светланой Венедиктовной в четыре руки котов лишать мартовской активности.

Андрей засмеялся:

– На такое дело рука откажет подниматься. Я оперировать хочу, а Венедикт меня в завхозы выдвигает.

– Не в завхозы, а в руководство. Будешь на ютубе интервью давать о тяжелой жизни обыкновенного собачьего олигарха. Хотя с твоими руками, конечно, надо оперировать. Никогда не забуду, как ты того енота спас. Сам не видел бы, не поверил, что так филигранно можно гематому достать, не повредив мозг. Ладно, чего мы, как пенсионеры, кряхтим. Вон и Светик с Маринкой. Скажи, почему у красивых девчонок, всегда некрасивые подружки? Из-за этого риторического вопроса я сегодня безбожно нахрюкаюсь на вашей помолвке.

– Вот и славно. Я с животными на “ты”.

В ресторане собрались родственники Светы и несколько близких друзей. Родители Андрея находились в геологической экспедиции на Полярном Урале и обещали вернуться к свадьбе. Только дед Роман, немного сдавший после смерти бабушки, приехал поддержать единственного внука.

Светкин отец хвалил будущего зятя и хвастался перед гостями планами по открытию сети ветеринарных лечебниц “Лапландия”:

– Андрюха – наш человек, его на факультет зоотехники и американской стажировкой переманивали, и президентским грантом, а он со Светлячком нашим остался. Убедила красавица моя. Вот что значит любовь. Да и, честно сказать, заведовать клиниками – не коровьи хвосты чинить, верно, зятек?

Андрей сглотнул, потянулся за минералкой, опустил голову.

Дед тяжелым взглядом посмотрел на внука, а потом на Светкиного отца, медленно отодвинул стул, ровно встал:

– Спасибо вам за приглашение, помолвка – дело серьезное, шаг до свадьбы. Я вас поздравляю. А сейчас, простите, вынужден откланяться, скоро поезд, надо возвращаться – коровам хвосты чинить.

Гости замолчали. Невовремя возникший с подносом жареных перепелок официант попытался лавировать между столом и дедом Романом. Тот лихо обогнул его и направился к выходу.

Венедикт крикнул ему вслед:

– Да кто же на шутки обижается? Нехорошо это, с помолвки внука сбегать.

Дед обернулся:

– Я в своей жизни ни от кого не бегал.

Андрей встал со стула, вслед за дедом, но тот поднял руку:

– Не провожай, в самом деле, я на такси до вокзала. Празднуйте.

Света потянула Андрея за штанину к стулу и он, раздавленный, плюхнулся на гобеленовое сидение.

Дед бодро скрылся за колонной. Светкин отец жестом позвал официанта и сам включился в процесс наполнения бокалов, наигранно весело произнес:

– Роман Иванович – человек старой закалки, для него наши современные реалии не тема обсуждения, поэтому предлагаю выпить за его здоровье, здоровье наших молодых и всех присутствующих.

Его пожелания подхватили гости, а живая музыка пригласила их на танцпол. Через пару часов почти все забыли об инциденте, и Андрей, пользуясь общим оживлением, отправился в холл, чтобы позвонить деду.

Дизайн коридора состоял из нескольких вагончиков метро. Он решил зайти в средний, сел на скамейку и выдохнул. Из соседнего вагончика донеслись голоса Светы и ее матери Аделины:

– Устроил, конечно, этот старый маразматик нам праздник…

Андрей сжал губы и вышел на улицу, чтобы его не обнаружили.
Он злился на себя за то, что не ушел вслед за дедом, злился, что ничего не ответил Венедикту, злился, что сейчас сбежал от разговора с Аделаидой.

Он достал сигарету, затянулся, бросил ее в урну, набрал деда. Тот почти сразу ответил:

– Андрюшка, я уже в поезде, ты не переживай. Все в порядке.

– Дед, ну ты чего сорвался?

– Ну как чего? В Морозовке ждет целое хозяйство. Бабушкин петух хуже хора Пятницкого загорланит. Буранка гавкатню поднимет. Да и у Кузьмича коза со дня на день потомство принесет. Там целых 4 козленка, а она только операцию перенесла. В общем, тут причина банальная. Тебя вот повидал и слава богу.

– Дед, я тебя на свадьбу очень жду.

– Ну, тут уж не отверчусь, петуха и Буранку сдам в клуб Маринке, пусть с ними номера ставит. До созвона, орел степной.

Андрей не успел ответить. Звонок прервался. Он вернулся на праздник. Светка весело танцевала вместе со Славкой и остальными гостями. Он прислонился к колонне. Отчего-то стало тяжело. Он вспомнил, что доработал последнее дежурство в государственной клинике, а с понедельника его ожидает красивый офис в “Лапландии”.

Он подошел к столу, пригубил шампанское, тряхнул головой, чтобы сбросить неясные сомнения. В конце концов, он мечтал о своей ветеринарке. Что ж, пусть пока не его личная, но с большими перспективами.

После ресторана Андрей и Света поехали на маленькую съемную квартиру на окраине города, которую с первого курса Андрей снимал в полцены у старого друга родителей.

Светка на ходу сняла туфли и сказала:

– Не самое, конечно, романтичное место для помолвочного вечера.

– Светик, ну, чем богаты, тем и рады. Надо было тебе за олигарха замуж выходить.

– Ну я ведь по любви собиралась, хотя были варианты.

Света засмеялась.

Андрей кивнул в ответ:

– Я буду стараться так лечить пуделей и попугаев, чтобы стать первым миллионером-ветеринаром.

– Ты же вроде в клинике отца финансово-хозяйственными вопросами ведать будешь, а это более бодрая дорога.

– Вот, кстати, я об этом хотел поговорить с Венедиктом. Мне надо раз в неделю квоту на операционную и смотровую. Хочу бесплатно лечить дворняг и клиентов из питомника. Там в таком состоянии животные попадают, а у волонтеров, конечно, средств на лечение не хватает.

Света подняла брови:

– Андрюшка, милый, ну ты чего? “Лапландия” – это вип-сеть, там селебрети и чиновники своих четерехлапых и хвостатых лечит будут.
Как ты вообще себе такое представляешь, что собака какого-нибудь Тима Делана вместе с блохастым Бобиком будет в одной очереди? Я, конечно, уважаю твои филантропные идеи, но это невозможно. Лучше мы волонтерам будем пожертвования отправлять и рассказывать об этом в соцсетях. Да и отец, если честно, не позволит такое лечение дворняг.

Андрей посмотрел на Свету. Она улыбалась, отвечая кому-то на сообщение. Тема их с Андреем беседы перестала быть ей интересной.
Он отправился в ванную, а потом без сил упал на кровать. День показался ему долгим и странным.

Среди ночи его смартфон завибрировал. Света недовольно заворочалась. Он глянул на время. Без четверти четыре. Номер деда. Андрей снял трубку:

– Алло.

– Андрей, ты? Это Семен Кузьмич, сосед Романа Иваныча. Тут дело такое, дед твой в больнице нашей, кажись, инфаркт шарахнул. А у меня коза окотиться должна, я к нему, а он на полу. Родители твои вне зоны доступа. Ты давай, сюда дуй. Слышь?

– Да-да, конечно. Он как, в сознании?

– Вроде. Но ты все равно ехай. Мало ли чего, возраст уже не тот у Иваныча.

– Я выезжаю, Семен Кузьмич. Вы, если что, звоните мне.

Света села на кровать:

– Куда выезжаешь?

Андрей стал спешно бросать в дорожную сумку вещи:

– У деда инфаркт.

– А родители? Тебе же в понедельник на работу выходить?

– Свет, ты сейчас про чьих родителей спрашиваешь? Мои черти где, а твои переживут. Говорю ж, дед в больнице. Мне ехать срочно в Морозовку надо.

– Ну, может, ему нанять сиделку пока?

Андрей молча сунул в карман паспорт.

– Ты чего не отвечаешь, у нас вообще-то свадьба скоро. Ты даже не посоветовался со мной как быть. А работа, что я отцу скажу? Он это место для тебя держал. Деда, конечно, жалко, но у него такой возраст. Андрюша, я к тебе обращаюсь?

Андрей выдернул из розетки зарядку, бросил в сумку. Вызвал такси:

– Свет, я сейчас не очень хорошо тебя понимаю. Сообщи в институте, что диплом заберу потом. Я тебе позвоню.

Андрей наклонился поцеловать невесту, она равнодушно подставила щеку. Смс пропищала о приезде такси.

На иллюстрации.: Художник — Константин Лупанов

На рассвете Андрей шагал по знакомой с детства Морозовке. В гостях у деда он не был со школы. Казалось, что ничего не изменилось в деревне. Тот же побеленный вокзал, те же широкие улицы и прозрачное небо с мятными облаками. Где-то крикнула птица. Андрей вздрогнул, ускорил шаг. До больницы было не больше двадцати минут ходьбы.

Мимо проехал кряхтящий трактор, в домах заголосили петухи, на улице появились фигурки людей. Около Андрея остановился мотоцикл с коляской:

– Андрюха, Журавлев, ты что ли?

– Толька, привет.

– Ты к деду в гости? Давай, подвезу.

– Да мне до больницы.

– Прыгай.

У входа за столом дремала пожилая медсестра:

– Теть Люсь, как дед?

– Святая Богородица, ты чего, дурень, пугаешь. Спит твой дед. Зинка ночью допросилась врача из райцентра. В общем, там не то, чтобы очень плохо.

В коридоре показалась высокая, женщина со строгим лицом:

– Андрюшенька, я тебя в окно увидела, вымахал. Ты халат с бахилами накинь и тихонечко в палату шмыгни. Дед не спит уже. Ты не бледней, все в порядке с ним будет.

Андрей на цыпочках пробрался в палату, замер.

Дед кашлянул:

– От, старый хрен этот Кузьмич, вызвал парня. А ты чего, Андрюха, уши распустил?

Дед опять закашлялся.

Loading...

– Ты не возмущайся, или не рад внуку?

В дверном проеме показалась врач. Дед обратился к ней:

– Зинаида Ильинична, да отправьте вы меня уже домой. Вам же доктор из райцентра сказал, что криз сняли, а вы все во круг меня хороводы с Люськой водите.

– Роман Иванович, вы чего-то слишком прытким стали. Ночью умоляли оставить вас здесь, не везти в райцентр, сейчас погода поменялась. Ну ладно уж, не ворчите. Решим, что с вами делать. Ты надолго, Андрюша? За дедушкой ухаживать дома сможешь? Неделей не обойтись.

Дед пробурчал:

– Зинаида, ты чего тут сказки рассказываешь. А ты не слушай ее, приехал, убедился, что дед жив и шуруй обратно.

– Дед, я к тебе до конца лета. Так что займусь твоим воспитанием по полной.

– А свадьба?

– Так ты ж сбежал вчера, не дослушал. На осень перенесли, что б к морю в бархатный сезон рвануть. Я тебе потом подробно расскажу все. Ты есть хочешь?

– Не то слово. Голодом меня эти эскулапши лечат. Такая вот на сегодня медицина.

Зинаида Ильинична увлекла за собой Андрея:

– Да будет вам еда, сейчас, вон, столовая открывается, Андрей принесет.

Врач вышла с Андреем на улицу:

– У деда твоего предынфарктное и состояние. Повезло, что Егорыч пришел. Спас. Но лечиться надо. Я его давно агитирую на дневной стационар ходить, а он как молодой носится по своим коровам и козам.
Вся надежда на тебя. Он ведь сбежит из больницы. Прошлый раз на вторые сутки сбежал.

– Я и не знал, что у него с сердцем такое.

– Да. После смерти бабушки, как поволнуется – приступ. Тогда уж следи за ним, а я буду каждый день приходить – капельницы ставить, кардиограмму делать, анализы брать – это все сейчас можно и дома. Лечить по схеме будешь. Договорились?

Андрей не успел ответить, в ворота больницы на мопеде заехал Егорыч:

– Андрюшка, спасай! Ты ж, как дед, врачуешь животину. Коза моя родит вот-вот. Уже и постилку себе навертала, и топочет в загоне. Старуха надумала окотиться на старости и 4 козлят разом. Ну, чего стал, едем.

Андрей растерянно обернулся, глянул на врача. Зинаида Ильинична кивнула:

– Езжай, хоть дед успокоится, а то он из-за этой козы спать не мог.

Егорыч завез Андрея к деду. Там он наскоро схватил старомодный чемоданчик с инструментами. Когда они подъехали к загону, коза бессильно лежала на сене.

Егорыч запричитал:

– Дусенька, ты чего, судьба моя? Вставай.

Андрей отправил Егорыча во двор, чтобы тот не пугал козу. Подошел к ней:

– Ну здравствуй, Дуняша. Буду выручать тебя. Поднимайся, милая, давай вместе стараться.

Андрей достал стерильную вату, йод, пеленки, ножницы. Помог козе встать, осмотрел. Дуняша была вымотана. Он дал ей немного воды, и она жадно стала пить.

Это, как будто вернуло ей силы и она стала слушать Андрея. Через полчаса на свет появился первый молочный козленок. Андрей улыбнулся:

– Ну здравствуй, малыш.

Егорыч крутился у дверей, но Андрей запретил ему ее дергать, чтобы внутрь не проскочил сквозняк.

Следом второй и третий козленок показались этому мир. А вот с четвертым Андрей намаялся. Сначала он решил, что малыш обречен. Коза так устала, что хотела саботировать роды и упасть на сено к детишкам.

Андрей уговаривал ее не сдаваться, жалея только, что один из козлят не выжил.

Дуня, чувствуя тепло его уверенных рук, наконец-то окотилась полностью. Почти рухнула. Четвертый козленок черный, с белой звездочкой на лбу, был почти вдвое меньше остальных, слабый, но живой. Андрей внимательно осмотрел малыша:

– Сейчас выпросим у мамки для тебя молозева. Будешь еще здоровее братьев.

Андрей опустил козленка к остальным. Дуняша равнодушно поглядывала на потомство, радуясь освобождению от бремени.

Андрей приоткрыл двери и крикнул дымящему Егорычу:

– Заходите, папаша.

Он простился с растроганным Егорычем. Над Морозовкой уже висели тягучие сумерки. Андрей решил занести домой чемодан с инструментами и освежится перед больницей.

В окне дома подмигивал свет. Петух спросонья сипло кукарекнул. Пес выглянул, вильнул Андрею хвостом, сыто зевнул, нырнул снова в будку. Андрей испуганно забежал внутрь.

Заглянул на кухню, побежал на шум возбужденных голосов в комнату. Прислонившись спиной к дивану, чинно сидел дед и глядел какой-то сериал по НТВ:

– Ты чего такой бледный, Андрюшка? Разувайся, я чаю заварил. Егорыч тебя мне нахваливать только что кончил, уши мои даже через телефон опухли от его радости.

– Дед, ты как вообще дома? Я чуть сердце в коридоре не потерял.

– Да я огурцом.

– Почему не в больнице?

– А что там делать здоровому человеку? Только болезни ловить.

Да не дуйся ты, я с Зинаидой договорился. Вон целый пакет лекарств накрутила, завтра с капельницей придет.

Меня участковый наш доставлял до дому как первое лицо. Тут вот какое дело, у него пес под машину попал. В райцентре так его вылечили, что нога пухнет и он хромает, скулит от боли. Ты ж у меня, в этом деле чудо, а не специалист. Сгоняй к нему завтра, погляди на Дымка.

– А ты?

– А я тебе напишу, что еще сделать надо. Тут же в округе одни пустомели, а зоотехника на 7 деревень ни одного, кроме меня. Вот помру, что делать будут, Зинку переучивать?

– Дед, я тебе помру.

– Так вот я и говорю, пока буду сидеть барыней, лекарства глотать и кровь глюкозой промывать, ты уж подмени старика. А я заявку дам, чтобы искали замену. Тут и на свиноферме завал, и у коров непонятно что за зараза. Я уже не считаю таких, как Егорыч, товарищей с козами и овцами. Драндулет выдали мне, но я же не семирукий.

– К участковому заеду. Но почему только ты один здесь?

– Да были тут, то один, то второй. Сбежали.

Андрей прочел записку от врача. Она заполнила стол не только лекарствами, но и свежим борщем с салом, домашним укропом, пупырчатыми огурцами. В стеклянной банке стояла накрытая марлей желтая, деревенская сметана, а рядом, в эмалированной чашке – ароматная малина.

Андрей прочел: “Измеряй деду утром и вечером давление, записывай в блокнот, ниже схема приема таблеток. Утром вам наша столовская повариха Раечка будет питание домашнее приносить. На связи круглосуточно.”

– Дед, да тут у нас целый ресторан.

– А то.

С утра Андрей был у участкового. Собаке требовалась операция и участковый пообещал привезти все нужное в кабинет деда Романа.

По дороге домой Андрея встретил Толик. Он нес на руках рыдающую дочку:

– Завели на свое горе морскую свинку, а это существо спрыгнуло и лапу сломало. Теперь на усыпление везти в райцентр.

– Почему?

– Ну так нам по телефону сказали.

– Несите ее ко мне, посмотрим.

На старой дедовой «Ниве» Андрей лавировал между Морозовкой и соседними деревнями. Выучил диагнозы рогатых и усатых. За пару неделю его прозвали Андреем Айболитовичем, подхватив это имя и отчество от Любаньки, дочери Толика. После того, как он спас и жизнь, и лапу свинке, Любаша почти каждый день стала навещать его кабинет и подкармливать бабушкиными пирожками с картошкой и луком.

Дед Роман договорился с председателем и Андрея временно оформили зоотехником на полторы ставки.

Света вначале звонила и злилась, что он застрял у деда. Потом звонила и угрожала отменой свадьбы. После сообщила, что решила взять паузу в отношениях и ключи бросила в почтовый ящик.

Андрея так выматывался на работе, что решению Светы он даже обрадовался. Сил и желания на выяснения не осталось.

Через месяц дед окончательно оправился. Стал сопровождать Андрея. Вместе они даже удалили быку доброкачественную опухоль. Знания и мастерство деда восхищали Андрея.

Он вспомнил, как мечтал стать зоотехником, но потом – институт, новые знакомства, жизнь, полная других возможностей и все завертелось, как в калейдоскопе. Сейчас Андрей уже не понимал, чего на самом деле желает.

Поэтому он не спешил возвращаться. Тем более, что диплом ему выслали, вошли в положение.

Дед, как будто чувствовал, тоже не спрашивал о планах.

А тут председатель попросил зайти обоих Журавлевых по важному вопросу.

Он решил каcтрировать кота:

– Сил нет. Вон, на днях соседка Андреевна заявилась, да не просто так, а с корзинкой котят. Говорит, мол, ваш насильник отец, забирайте выводок, не то заявление участковому напишу.

Дед кхекнул. Андрей подмигнул:

– Так вы из-за алиментов кота достоинства решить хотите. У меня на такое дело рука не поднимется. Глядите, усач в самом расцвете сил, рыжий, наглый, здоровый. Давайте оставим ему мужские способности, а процесс размножения остановим.

– Так можно что ли?

– Конечно, на выходных приводите вашего Казанову.

– А вы к столу проходите. Вон и дочка моя, Маринка, из клуба вернулась. Вы знакомы же?

Андрей припомнил смешную девчонку с растрепанными косичками и сбытыми коленками, которая все время бегала за их мальчишечьей компанией.

Он улыбнулся воспоминанию, но из комнаты вышла стройная девушка с талковыми глазами и модной стрижкой. Какая-то незнакомая и знакомая одновременно:

– Привет, Андрюшка, хорошо, что уговорили отца не лишать Рыжика счастья кошачьего. Ты окрошку любишь?

– Обожаю!

Ночью Андрея разбудил дед, блуждающий по коридору:

– Чего не спишь?

– Да вот с мыслями собираюсь. У меня для тебя одно предложение имеется, а как подобраться, как сказать не знаю.

– Дед, не пугай.

– В общем, о тебе наши бабаньки в местную газету написали, мало того, в администрацию. Из соседних деревень возмущение пошло. Поделить тебя не могут. Ты ж даже свиньям морским операции на лапах делаешь. Специалист ультра класса.

– Не тяни, Роман Иванович.

– Ну так вот, мне тут руководство высокое звонило, такой расклад предлагают. Поставить тебя главным зоотехником в райцентр, чтобы ты по графику окрестности объезжал и молодых кадров себе набрал в подмогу. Они, в свою очередь, и жильем обеспечат и транспортом. Кабинет с операционной будет не чета моему. Лечи – не хочу, хоть коров, хоть дворняг. Зарплату дадут, как полагается. А хочешь, у меня в доме живи, или у родителей пустует квартирка. Ну, это я так, знаю же, и про свадьбу, и про клиники Венедикта. Да ладно, бредни несу, не бери в голову. Когда возвращаешься к Свете?

Андрей подошел к деду, обнял его за крепкие плечи, выдохнул с улыбкой:

– Дед, знаешь, что? А я согласен. Когда приступать можно?

Вместо ответа со двора послышался сиплый крик петуха. Дед кхекнул:

– Вот тебе и одобрение от директора, Андрюшка.

Автор: Беляева Виктория

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Loading...