Выживи, если сможешь!

Алла Васильевна была ученым с мировым именем.

После окончания университета ее распределили трудиться в Институт Ботаники, где в лаборатории пустынных растений она прошла путь от лаборантки до профессора.

В двадцать четыре года Алла уже была кандидатом наук, а в тридцать два стала доктором.

И все это было достигнуто, конечно же, посредством тяжёлого труда и планомерных поездок каждое лето в экспедиции.

Платой за это была – неустроенная личная жизнь — замуж ученая так и не вышла.

А из родных людей у неё осталась только младшая сестра Вера и ее семья.

Когда профессору исполнилось пятьдесят пять лет, и можно было бы спокойно уйти на пенсию, то она не просто отказалась от этой затеи, а как обычно в апреле поехала в жаркую пустыню в длительную экспедицию.

Хотя сестра Вера отговаривала, беспокоясь за Аллу:

– Зачем тебе это нужно? Пусть молодые едут! Отправь кого-нибудь из лаборатории. Что некого?

– Есть, конечно, – ответила Алла Васильевна. – Да только я не могу никому доверить. Тридцать лет я езжу на одно и то же место. Я там каждый миллиметр земли лучше всех знаю.

– Алла, у тебя уже не тот возраст. Спать на раскладушке, питаться, чем попало. Это уже не для тебя.

– Но мне нужна динамика. Я на пороге открытия! – спорила новоиспеченная «пенсионерка».

– Да, пойми ты, Алла! – пыталась отговорить Вера сестру. – Мне самой пятьдесят два, и я очень хорошо чувствую и понимаю твое состояние. Тебе нужно правильно питаться. Следить за здоровьем.

– Я хорошо там ем, – парировала ученая. – Тушёнка, макароны, чай со сгущёнкой. Это, что – не еда?!

– Очень хорошо! Просто отлично! – фыркнула сестра. – Хотя, ты и дома не лучше ешь, – констатировала Вера, махнув рукой и поняв, что эту «дуру» не переубедить.

И вот шофёр на уазике привез Аллу Васильевну на ее привычное место, помог поставить палатку, устроить хоть какой-то быт. И отбыл.

Договорились, что приедет за ней через два месяца. Именно столько времени она всегда привычно проводила в пустыне, уходя каждый день в короткие походы, собирая необходимый материал для дальнейших исследований.

Время пролетело быстро. По крайней мере, для водителя.

Обычно профессор встречала его задорная и весёлая с уже собранными вещами и добытыми в пустыне материалами для исследований.

Подъезжая к ее палатке и не увидев женщину, водитель заволновался. Быстро заглушил мотор, выскочил из машины. Заглянул в палатку.

Алла Васильевна лежала на раскладушке почти без сознания.

Она плохо выглядела, сильно похудела, под глазами залегли тёмные тени, волосы торчали клоками.

– Боже! Что с вами? – вскрикнул водитель.

Алла молчала. Едва пошевелив губами, она не смогла ничего вымолвить.

Водитель сначала подумал, что, видимо, что-то случилось с водой, и женщина умирает от жажды?

Однако один бочок был пуст, а во втором было больше половины. Должно было хватить и на питье и на готовку, и на все остальное.

За тридцать лет точно знали, сколько нужно оставить воды – питьевой и технической.

«Украли еду или звери сожрали», — страшная догадка осенила шофёра.

Но еда тоже имелась. Что же произошло с Аллой Васильевной? До водителя вдруг дошло, что профессор чем-то заболела.

Собрав все вещи, он аккуратно отнёс женщину в машину и уложил ее на заднее сиденье. Она весила, как пушинка.

Сергей, так звали водителя, помчался в город, как можно быстрее. В первом же населённом пункте он забежал на почту и позвонил ее сестре Вере Васильевне. Вместе они решили отвезти больную в центральную больницу.

Вердикт врачей был ужасен – онкология.

– Доктор, неужели нет никакой надежды? – вскрикнула Вера.

– Надежда есть всегда, даже, если ее нет, – печально ответил доктор. – Все зависит от самой больной. Она должна хорошо кушать.

Иметь бодрый настрой. От этого много зависит.

– Хорошо, доктор. Она у нас оптимист по жизни. Думаю, с этим проблем не будет.

Как же ошибалась Вера! Алла угасала с каждым днём. Она ничего не ела, почти не разговаривала и сказала сестре, что готова умереть. Как оказалось, лечение не дало никакого эффекта.

Вера плакала и, каждый раз приходя к сестре, пыталась ее накормить чем-то вкусненьким, как-то поднять ее дух.

Но все было напрасно. Алла, словно бы смирилась со своей трагической участью и сама уже не хотела жить в муках и боли.

И вот, когда все уговоры и методы воздействия были перепробованы, Вера решила пойти на необычную хитрость…

Придя в очередной раз, она сказала твёрдо:

– Все, больше ты меня не увидишь – это уже не имеет смысла. Я зря теряю с тобой время. Ты все равно умрешь. Так уж, какая разница, когда… Приду только на твои похороны.

Аллу буквально «взорвала» такая новость и нелогичная позиция сестры.

Ей не хотелось умирать в одиночестве. Она рассчитывала, что Вера будет с ней до самого конца.

Loading...

– Как на похороны? – попыталась воспротивиться она. – А кто же их подготовит?

— Не знаю, – показательно холодно ответила Вера. – Мне все равно. Попробуй сама о себе позаботься!.. Заранее!

И ушла, хлопнув дверью.

Старшая сестра проплакала весь день. Хотя сил не оставалось даже на это. Подобный разговор с сестрой был для нее страшным стрессом. Душу ее разрывало изнутри.

Вечером, как всегда принесли кашу. На этот раз пшено.

Анна с ненавистью посмотрела на желтую неаппетитную жижу и…

Неожиданно она очень обрадовалась. Она ее ненавидит – люто! И радуется, что ненавидит.

Какое счастье – у нее появились чувства! И сразу два!

Вот и ощущение счастья пришло! А ведь его не было уже много… много дней!

И Алла стала с какой-то яростной жгучей озлобленностью истово хлебать тягучую жидкость.

«А вот и не сдохну! – решила она. – Назло тебе… не сдохну! А потому и о похоронах заботиться даже не подумаю. «Заранее»! Ага! Ишь, чего удумала?! Где это видано, чтобы человек сам о своих похоронах заботился?!»

На следующий день она встречала доктора с ехидной улыбкой на устах, сообщив ему:

– Иван Петрович! Меня, как выяснилось, некому хоронить. А посему – и похороны отменяются!

– Да?! – удивленно и радостно воскликнул врач. – Вот и славно! Ой, как славно!

Алла начала хоть и через силу, но лучше питаться, пусть пока натянуто, но улыбаться…

И даже присаживаться на кровати!..

А через неделю уже, с важностью вышагивая, показательно ходила по палате. Убедительно доказывая всем, а больше самой себе, свое пренебрежительное отношение не только к болезням вообще, но и к самой…

СМЕРТИ!

Ещё через пару дней затребовала расческу и помаду.

– Не дождётся! – повторяла она молоденькой сестричке. – Ишь… какая! Хоронить меня не хочет. А я и не умру! Назло ей! Вот возьму и проживу ещё… лет сорок! Как минимум!!!

Сестричка Валечка всякий раз удивлялась заметным переменам все больше и, радостно хлопая в ладоши, хохотала от души!

– Правильно! Правильно! – повторяла она. – Так ей! Так ей!

Мало того, Алла Васильевна стала зорко следить, чтобы две ее соседки по палате тоже хорошо ели и чистили зубы, а ещё умывались.

А потом она стала приставать к женщинам с зарядкой:

– А ну, вставай! А ну, пошли!

– Алла, язви тебя, отстань! Меня есть кому хоронить! Отвали! – ныла одна из них.

– А вот я как раз и скажу сегодня твоему мужу, чтобы не хоронил! Даже не вздумал! И, как миленькая подпрыгнешь! И станешь делать зарядку! – грозила она непослушной соседке.

Каждый день она спрашивала у санитарок, не приходила ли к ней сестра. Но санитарки только разводили руками.
От этого Алла становилась ещё злее и продолжала с неистовством хлебать супы и каши, красила губы, делала упражнения и выходила в коридор.

«Удивительное дело! – не уставал восхищаться ее лечащий врач. – Вот, что это, как не чудо?!»

А через какое-то время он вынес окончательный вердикт, что лечение пошло на пользу, и Алла Васильевна может пойти домой уже дней через десять.

«Но через полгода надо будет снова пройти обследование и курс лечения».

И вот однажды вечером, выписавшись из клиники, Алла стояла на пороге сестры.

Хорошо и модно одетая, надушенная, правда немного похудевшая и все ещё немного слабая, но с бодрым настроем, она позвонила в дверь.

Вера открыла и ахнула!

– Ну, что? Теперь согласна меня хоронить? Чего молчишь?! А?! – прикрикнула она на сестру.

Вера тут же, плача, бросилась ее обнимать и целовать.

– Да, как же это! Ведь доктор сказал, что тебя может спасти только чудо?

– Вот чудо меня и спасло! И это мое чудо – ты! – Алла крепко обняла свою сестру — свою спасительницу.

Эпилог:

После своего чудесного выздоровления Алла и замуж вскорости вышла за отставного полковника, и даже двух деточек усыновила: мальчика и девочку!!!

Прожила Алла Васильевна в счастье и радости ещё ровно сорок лет – как и обещала!

Именно столько, сколько сама себе и назначила!!!

Так-то вот!!!

Автор: Татьяна Алимова

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Loading...