Наследство

— И всё-таки я не понимаю Оль, откуда эта родственница взялась. И почему, именно тебе этот дом захолустный в деревне подписала.

— Я и сама Лёш мало, что понимаю. У мамы спросила, вроде была в каком-то колене троюродная прабабка, бездетная. Но мама и сама уже точно не упомнит даже имени! Не общались они никогда. И почему она мне дом подписала тоже не понятно...

Неделей ранее, у Ольги зазвонил телефон. Человек, назвавшийся нотариусом, официальным тоном объяснил девушке, что такого-то числа скончалась её дальняя родственница. И теперь, Ольга является единственной и полновластной хозяйкой деревенского дома.

Сказать, что она удивилась, значит ничего не сказать. О существовании такой родни Ольга и не подозревала. А уж то, что ей может достаться дом в наследство и подумать не могла.

И вот сегодня, предварительно посетив того самого нотариуса и уладив все бумажные дела, Оля, вместе со своим молодым человеком ехала в далёкую замкадную деревушку, чтобы провести обзор наследства и понять что к чему.

Долго ехали. Один раз навигатор вообще увёл непонятно куда. Кое-как вернулись на нужный маршрут. Спустя несколько километров машина, всегда работавшая исправно, взяла и заглохла!

Пару минут Лёшка покопался со своей ласточкой и снова тронулись в путь.

Деревню нашли ближе к вечеру. Проезжая мимо одного из домов, на лавочке заметили старушку, к ней и подошли узнать в какую сторону путь держать, где дом искать.

— А вы чьих будете, полюбопытничала бабушка.

— Бабуль, мы ищем дом Горелиной Анны Николаевны.

— А зачем он вам? спросила бабка прищурившись. — Померла она недавно. Опоздали вы.

— Что померла я знаю, ответила Ольга. Она мне наследство оставила. Вот я и приехала, так сказать обстановку разведать. Старушка не мигая уставилась на девушку.

— Так ты что ж, родня ей будешь? Спросила она.

— Да какая родня! Седьмая вода на киселе. И не знались вовсе, а она мне дом оставила.

— И что ж, ты в этом доме жить собралась?

— Да что ты бабушка! Мы до этой деревни добирались почти день! Как вы тут живёте, работаете?!

От вас до цивилизации, как до Китая! Ответила Оля. — Ну может сегодня переночуем если.

— Так говоришь не знались с ней. И кто была твоя родственница тоже не знаешь? Спросила бабка.

— В каком смысле кто была? Не поняла Ольга.

— Значит не знаешь, пробормотала себе под нос старуха. А знаешь что, оставайтесь-ка вы сегодня на ночь у меня! Чего вы одни в студёном доме-то делать будете. А у меня и натоплено и булок сегодня с утра я напекла, словно знала, что гости будут. Сходите на дом гляньте, а спать ко мне идите.

— Спасибо бабушка за предложение, но неудобно как-то то стеснять. Мы уж ночку как-нибудь переспим. Ты нам покажи куда путь держать.

— Вооон, в ту сторону, махнула рукой бабка, — Почитай к самому лесу. Первый от него и будет дом твоей родни.

Попрощавшись и пожелав доброй ночи, молодая пара отправилась в нужном направлении.

Отъезжая от дома, Лёша посмотрел в зеркало заднего вида, в нём отражалась старушка, размашисто осеняющая их крестом.

Подкатив почти к самому лесу, дорога повела правее. Завернув и проехав совсем чуть-чуть, пара остановилась перед домом.

Деревянный, слегка покосившийся, в вечерних сумерках, он производил не самое радужное впечатление. Стоял дом, как бы на отшибе. Остальные дома деревни были выстроены в одну линию, а этот, обособленно стоял чуть в глубине. Задней стороной почти в плотную подходя к лесу.

— Ну, не коттедж конечно, но вполне себе сносно. Сказал Лёша и ободряюще приобнял Ольгу за плечи.

— Очень хмуро. Подытожила девушка.

— Да брось ты, Оль! Дом, как дом. Сейчас вечереет и многое будет казаться хмурым. Да и потом, мы ещё не были внутри! Пошли, ты просто утомилась с дороги.

Грустным скрипом приветствовали молодую пару старые ступени крыльца. На тяжёлой, деревянной двери висел старинный замок. Открыв который молодые люди оказались внутри.

В нос ударил терпкий травяной запах. И почему-то обдало холодным ветром, словно кто-то невидимый со скоростью выбежал из запертого дома.

Тихо было в избе. Оля щёлкнула выключателем. Маленькая лампочка осветила сени тусклым светом. Ветхий хлам в виде старых, не к сезону вывешенных пальто, вперемешку с какими-то тюками занимали почти всё пространство коридорчика.

Заметив ещё один выключатель Ольга щёлкнула и им. Впереди, зажёгся свет, освещая проход в кухню, а из неё уже в сами комнаты.

Кухонька была небольшая и чистая. На столе стояло множество каменных и деревянных ступок. Какие-то банки с травами. Прочая кухонная утварь была аккуратно расставлена по шкафчикам на стене.

Прошли в комнату. Небольшой стол, диван, шкаф и телевизор, вот и всё что предстало взору молодой пары. Ничего лишнего, нигде не пылинки, будто после смерти хозяйки тут всё равно наводили порядок.

На стенах в комнате висели картины.

— По ходу бабуля была не самым радужным человеком, скептически произнёс Алексей.

Все картины были выполнены в мрачных, серо-белых тонах. Стая ворон рассевшаяся на лысом, корявом дереве. Погост, занесённый снегом и чернеющими на его фоне крестами. Сгоревший остов храма, с порушенной и валяющейся на земле маковкой... Апофеозом этой музейной экспозиции был портрет. Высокая, темноволосая женщина, в узком платье с высоким воротником смотрела на пришедших.

Поджатые тонкие губы и глаза... Из них сквозила ничем не прикрытая злоба. Всем своим видом портрет показывал ненависть ко всем, кто входил в этот дом.

— Надеюсь это не портрет твоей бабули, с надеждой спросил Лёха.

— Мда уж... Всё может быть... Задумчиво произнесла Ольга.

На правой стене комнаты, оказалась ещё одна дверь. Дёрнув за ручку Алексей понял, что она заперта.

— Могу сломать, предложил он.

— Да ты что, зачем! Завтра ключ поищем и откроем. А пока, давай перенесем в дом некоторые вещи и приготовим ужин.

На том и порешили.

Пока Лёха таскал вещи и бродил вокруг дома, Ольга крутилась на кухне. И вскоре по дому пошёл приятный аромат жареного картофеля и сосисок.

Поужинав, молодые люди уселись на диване и включили телевизор. Основные каналы шли вполне сносно, это успокаивало, хоть какая-то цивилизация в деревне есть.

— Надо завтра с утра осмотреть весь дом, а потом побродить по окрестностям. Ну и к вечеру можно будет рвануть обратно в Москву, — констатировал Лёха. — Знаешь, продолжал он, от заднего двора прямо в лес идёт довольно протоптанная тропа. Интересно зачем бабуля так часто бегала к лесу?

— Да кто её знает. Тут вообще всё очень странно, ответила Ольга и, поднявшись с дивана подошла к шкафу. Открыв его, она стала разглядывать содержимое и извлекла из тёмных недр, старый фотоальбом.

Усевшись обратно на диван, Оля открыла альбом. Большинство карточек было военных лет. Старые, пожелтевшие. Люди на них были не знакомые. Листая страницу за страницей, Оля с Лёшей поняли, что портрет на стене действительно принадлежал Анне Николаевне, только на портрете она была молода. На последних страницах альбома, женщина была запечатлена уже в годах. И хоть чуть раздобрев к старости, она стала выглядеть гораздо приятнее, чем на картине в молодости, её глаза всё так же светились злобой.

— Интересно, какая она была, задумчиво произнесла Оля.

— Теперь ты этого точно не узнаешь, констатировал Алексей. — давай спать! Утро вечера мудренее.

Засыпала Ольга плохо. Ей всё время казалось, что в комнате за закрытой дверью кто-то ходит. Но мерное посапывание Лёшки в конце концов убаюкало её.

Утром, Ольга проснулась и поняла что в постели одна. Лёха уже видимо умотал осматривать окрестности. Проснулась в плохом настроении. Всю ночь её мучили кошмары. Какая-то женщина в чёрном, узком платье, нависала над ней. Рассматривала. Зачем-то к ней принюхивалась. Ольга видела себя в сумрачной комнате, по углам которой горели десятки чёрных свечей. Посреди комнаты стояло крутящееся кресло, высокая резная спинка была оббита красным бархатом.

Массивные деревянные подлокотники были из чёрного дерева, в довершении, спинка кресла была испещрена вырезанными на ней символами и буквами.

То тут, то там мелькали страшные тени...

Из воспоминаний о сне её вывел звук шагов. Вернулся Алексей.

— Слушай Оль, это что-то! Помнишь говорил тебе про тропинку натоптанную от дома?

— Да, ответила Оля, — она в лес ведёт.

— Теоретически да, в лес, продолжил Лёха, а фактически на кладбище!

— В смысле, не поняла девушка.

— В прямом! Этот лес, в одном месте плавно переходит в кладбище! Если левее, то чаща лесная, а правее тропинка ведёт к окраине и там самое обычное деревенское кладбище. Старое. Много могил запущено. Думаю именно на этом кладбище твою родственницу и прикопали.

— Что не шаг, то открытие. Пробухтела Ольга. Причём открытие неприятное!

Позавтракав, молодые люди решили таки открыть дверь во вторую комнату. Поиски ключа заняли определённое время. Но в итоге он был найден, в кармане одного из старых халатов висевшего в шкафу. Скрипнув замком, дверь отворилась. Войдя в комнату, Ольга от удивления открыла рот...

Довольно большой зал был погружён в сумрак. Окна были затянуты плотной тканью. По углам комнаты стояли десятки чёрных свечей разного размера.

На полках всевозможные баночки с непонятным содержимым. В центре стояло массивное, бархатное кресло, на поверхность которого были нанесены символы и буквы.

Напротив кресла, в старинной раме висело зеркало в человеческий рост.
Ольга схватила Алексей за руку и произнесла:

— Лёшь, я всё это видела! Сегодня ночью. Во сне! Всё точь-в-точь, кроме зеркала...

— Да ты чё?! Удивился Лёха. — Вообще обстановочка впечатлительная!

— Ну теперь хоть ясно что бабуля имела ввиду спрашивая знаю ли я кто была моя родственница.

Атрибутика точно не доброй феи. Хочу уехать отсюда.

— Сегодня и уедем, подвёл итог Алексей.

Но поездку пришлось отложить. Машина просто отказалась заводиться. Уже битый час Лёха копался под капотом, ища проблему, но поиски были не очень результативным.

Плюнув со злости, молодой человек крикнул Ольге, что хочет пройтись по деревне может среди оставшихся жителей найдётся механик. А сама Оля тем временем пошла готовить обед.

Занятая стряпнёй Ольга не сразу обратила внимание на звук. Только спустя какое-то время, она поняла, что в комнате фонит посторонний шум. Войдя в первую комнату, девушка поняла, что звук раздаётся из-за закрытой двери второй комнаты...

Звук, вернее скрип походил на тот, который слышится при верчении плохо смазанного металла.

Потихоньку отворив дверь Оля вошла в полумрак. Сейчас здесь стояла полная тишина. Меж тем Ольга поняла откуда этот звук исходил. Скрипело стоявшее в центре кресло. Видимо именно оно крутилось. Но как??- подумала девушка. Само собой кресло вертеться не могло, слишком уж массивным оно было. Но и в комнате никого нет.

Оля смотрела в зеркало поверх испещрённой буквами спинки, кресло было совершенно пустым.

Как вдруг, медленно, издавая противный писк, оно начало поворачиваться. Сердце Оли заколотилось от страха. Сделав полукруг и издав последний скрип кресло остановилось напротив девушки, демонстрируя мягкий бархат красной обивки. В нём по-прежнему было пусто.

— Глупость какая!- попыталась расхрабриться Ольга и сделала решительный шаг вглубь комнаты. Зайдя за кресло и взявшись за спинку двумя руками, она резко повернула его сидением обратно к зеркалу.

Ледяной взгляд полностью чёрных глаз и искажённое злобой лицо, было последним, что увидела Ольга в зеркальном отражении. В перевернутом к зеркалу кресле, положив худые белые руки на подлокотники, сидела женщина. От страха Ольга лишилась чувств.

— Оль! Оля! Очнись! — лёгкое похлопывание по щекам привело девушку в себя. — Ну наконец-то! Выдохнул Алексей. — Ты как? Что случилось? Почему ты без сознания оказалась в той комнате?

— Лёш, шёпотом произнесла Ольга, я от страха упала.

— От страха? Не понял Лёша. — А что тебя так могло напугать?

— Лёш, там, в комнате была она. Она сидела в кресле.

— Кто сидел? Опять не понял молодой человек.

— Тётка с портрета. Родственница моя, опять шёпотом закончила Оля.

— Да брось ты, улыбнулся Алексей. На кухне что ль перегрелась, вот и померещилось. Да и обстановка эта...

— Интересно, сколько я пролежала без сознания? Помоги мне встать, у меня совсем сил нет. Продолжала она.

-Да ты и белая как мел. Меня не было около часа, вот столько видимо и пролежала. Сказал Лёха помогая подняться девушке и выводя её из комнаты...

— Что у тебя с машиной? Продолжала разговор Ольга, — я хочу поскорее уехать отсюда.

— Оль, тут такое дело. Я нашёл механика, но он в стельку. Растормошил его и договорились, что завтра с утра он придёт. Так что ещё ночь точно тут проведём.

— Ну ночь так ночь, отозвалась Ольга, — только ты меня больше одну не оставляй.

Через пару часов, немного придя в себя, Ольга решила побродить по окрестностям. Предупредив Алексея, который в этот момент копошился под капотом автомобиля, она вышла с двора.

Пройдя вдоль деревни и не встретив ни одного человека на пути, Оля решила прогуляться в лесу.

Тихий шепот листвы и щебетанье птиц вконец успокоили нервы девушки. Бредя по тропинке, она полностью ушла в свои мысли и не заметила как, свернула на тропу, ведущую к кладбищу.

Остановилась Ольга только когда фактически уткнулась в одну из кладбищенских оград. Растерянно обводя взглядом территорию, Оля, впрочем, не испугалась. А наоборот, решила, что возможно она найдёт могилку родственницы и присев у холмика поговорит с её духом и выскажет, что она и знать не знала о существовании родни. Что если бы знала, то возможно приезжала бы навещать старушку и помогала бы ей по хозяйству...

Петляя среди могил, глазами Ольга искала относительно «свежую» насыпь. Найти её не составило труда. Среди утоптанных временем захоронений холмик родственницы выделялся свежими и пока ещё яркими венками.

Остановившись у могилы девушка не сразу поняла что её смущает. Венки, фото с чёрной лентой в углу, оплавленные восковые свечи...

«Креста нет! Мысленно воскликнула Оля. Вот уж странно, думала она. На каждой могилке есть, пусть на некоторых уже почти истлевшие, но они есть. Может, не успели поставить? И интересно кто же похоронил старушку?»

Вопросы возникали в голове девушки один за другим. Ответа не было ни на один из них...

Из раздумий Ольгу вывел лёгкий порыв ветерка, как будто сзади кто-то подул на неё. От неожиданности Оля резко развернулась. Лицом к лицу столкнувшись с пылающим ненавистью взглядом умершей родственницы. Оля вскрикнула и попятилась назад, оступившись, девушка начала падать на спину, прямиком на могилу. К ней выставив костлявые, худые руки тянулась мёртвая женщина.

Всё кладбище огласилось истеричными воплями на смерть перепуганной девушки...

Почувствовав, как её плечи сжимают чьи-то пальцы, Оля начала визжать ещё громче.

— Оля!!! Оля!!! Успокойся это я!!! Вдруг услышала она голос. — Ты чего, чего истеришь-то?! Успокойся. Открыв глаза, перед собой Ольга увидела Лёху, который тряс её за плечи, не понимая почему она так орёт.

— Лёшь, это она! Она, понимаешь! Она меня преследует, мне нельзя здесь оставаться.

— Кто она то? Оль, когда я заметил тебя, ты было одна. Никого рядом не было. Ты так орала, что я от дома услышал и сразу же побежал на крик. Если бы кто-то стоял рядом с тобой я бы его заметил.

— Нет, нет, она, это была она, паниковала испуганная девушка. Ей от меня чего-то нужно... Я хочу убраться отсюда поскорее.

— По скорее не получится, сдвинул брови Алексей. Я же тебе говорил с утра, что машину придут чинить только завтра.

— Ну и пусть, мотала головой Ольга, пусть завтра. Но в доме я не останусь на ночь.

— Ну хорошо, согласился Алексей, — А пойдём к той старушке, которую встретили по приезду сюда.

Помнишь, она нас ещё к себе в гости звала.

— Точно! Вскрикнула Оля. Переночуем у неё!

Буквально через пятнадцать минут, молодая пара стояла у покрашенного в ярко-голубой цвет крыльца. Перед ними стояла хозяйка дома.

— О, голубочки, решили таки проведать старушку? Иль случилось что?- хитро спросила женщина.

Ольга открыла было рот, но Лёша с усилием сжал ей локоть и заговорил сам:

— Да нет бабушка, просто из-за поломки машины нам тут ещё одну ночь куковать придётся, вот мы и решили, составить вам компанию. А то всё вдвоём да вдвоём.

Да и с вами толком не познакомились. Вас как зовут?

— Ниной Ивановной кличут, да вы проходите в избу, радушно произнесла хозяйка, пропуская молодых вперёд. Сейчас самовар поставлю!

Loading...

За неспешной беседой, время потихоньку клонилось к вечеру. Пора было намекать старушке, что Оля и Лёша не прочь были бы у неё переночевать. Но бабушка оказалась довольно прозорливой или изголодавшейся по общению и сама предложила молодым разделить с ней кров на эту ночь.

— Да как-то неудобно, пробормотал Алексей.

— Удобно, удобно, вдруг быстро затараторила Оля, испугавшись, что Лёшка сейчас откажется и им придётся снова идти в дом к умершей родственницы.

— Сейчас я только быстро сбегаю в дом и принесу наши спальные вещи.

— Вот и ладненько, довольно потирая руки, произнесла баба Нина. А ты милок, обратилась она к молодому человеку, помоги-ка мне в дом дров поднатаскать. А то всё сама да сама, удружи уж старушке.

— Конечно бабуль, отозвался Лёха. И обернувшись к Ольге произнёс:- Оль, с тобой точно идти не нужно?

— Нет, заверила Оля, — я мигом обернусь. Вещи схвачу и назад.

Через пару минут девушка уже стояла перед входом в дом родни. Войдя внутрь, Ольга остановилась и стала прислушиваться. Может зря она одна побежала, подумалось ей. После всех случаев, где-то внутри неприятно щекотало. То ли от страха, то ли от предвкушения оного.

Шумно вздохнув, Оля сделала решительный шаг в комнату. Собрав необходимые вещи, она уже было собралась выходить из дома, когда вдруг услышала звук. В комнате с зеркалом что-то позвякивало.

— Нужно быстрее уходить, прошептала вслух девушка. Но словно что-то невидимое, преградой стояло перед дверью и немыслимо захотелось заглянуть туда, в полумрак закрытой комнаты...

Словно во сне, Ольга, выпустив из рук пакет с вещами, развернулась и пошла к двери. Как будто зная, что к комнате подходит человек, дверь призывно распахнулась. Представив взору мягкий свет десятка зажжённых свечей. В комнате стояла звенящая тишина.

Переступив порог, девушка почувствовала запах, в самом углу тонкой, благовонной струйкой дымился небольшой пучок сухоцвета. Наполняя помещение лёгким дымком и словно обволакивая Ольгу мягким, сонным туманом. Стало очень тяжело стоять, ноги, будто не хотели слушаться.

Сделав шаг, Оля села в кресло. Мысли в голове плыли, тягучим киселём, хотелось откинуть голову и закрыть глаза.

И почему-то стало совсем не страшно, когда перед глазами в зеркале возник образ сухой, высокой женщины. В длинном, чёрном, кружевной платье, с высоким воротником.

Оля попыталась тряхнуть головой, как бы прогоняя видение, которое к тому времени, вместо того чтобы исчезнуть, вдруг сделало шаг вперед, и вышло в комнату. Медленно, шурша ажурным подолом по полу, женщина приближалась к Ольге. А её горящие злобой глаза казалось, пожирая девушку, смотрели в самое сердце. Приблизившись почти вплотную, она наклонилась к Ольгиному лицу и гадкая, как оскал зверя, улыбка, перекосила лицо старухи. «Мооояяя», прошептала она. И темнота накрыла Ольгу с головой...

— Оль, Оля, ты здесь, раздалось из коридора.

— Здесь, отозвалась эхом девушка. Где мне ещё быть?! Раздражённо буркнула она, глядя на входящего в дом Алексея.

— Ну просто ты сказала, что мигом туда обратно, а сама почти на час пропала. Я бабульке уже всю поленницу дровами забил.

— Делать тебе нечего, только всяким бабкам помогать, зло парировал Оля.

— В смысле делать нечего, опешил Лёха. Вообще-то, мы к ней ночевать собирались. Вот я и решил отблагодарить за постой.

— Кто собирался? Надменно произнесла Оля, мне и тут хорошо. Лично мне не хочется выслушивать трёп незнакомой старухи изголодавшейся по общению.

— Оль ты чего? С чего такая агрессия на незнакомого человека? Она тебе ничего не сделала и если помнишь, то ты сама к ней напросилась, испугавшись кого-то на кладбище.

— Ну мало ли что я хотела сделать. Теперь не хочу. Спим здесь. Иди и скажи ей, что мы передумали!

— Вот иди ты скажи! Ты белены что ль обьелась! Ведёшь себя, как Владычица морская!

— Не пойдёшь ты, ответила Оля, свернув глазами, пойду я и выскажу ей, что не о чем нам с ней говорить. Пусть сидит у себя дома и не высовывается.

— Не надо, я сам. Смотрю у тебя настроение испортилось, обидишь старого человека ни за что. — пробормотал Алексей и вышел из дома.

— Ну вы где пропали то, молодёжь, воскликнула баба Нина, увидев идущего к калитке Алексея.

— Мы это, баб Нин, Оля себя плохо почувствовала, лежит сейчас. Ты уж прости что мы не останемся, потревожил тебя.

— Да что ты милок, ты мне вон как помог, какие тревоги! А что с Олюшкой- то приключилось, поинтересовалась бабулька. – Может, я помогу чем? Спросила она и пристально уставилась на Алексея.

— Да нет, всё хорошо, может, перенервничала просто. Отозвался Лёха.

— Ну, смотри милок, коли что, приходи, чем смогу помогу. Ответила баба Нина.

Развернувшись и в плохом расположении духа, Лёха побрёл к дому Ольги.

Войдя, он замер от удивления. Все занавески в доме были занавешены, свет нигде не горел, а сама Ольга, уже лежала на диване, отвернувшись к стене.

— Оль, ты чего забарикадировалась — то? Ещё солнце не ушло в закат, а ты уже спать? И правда что ль заболела? Начал разговор Лёха.

— Заболела- резко отозвалась Оля.

— Может ужин сготовить. Что-то есть хочется.

— Тебе хочется, ты и готовь, не поворачиваясь ответила девушка.

— Оль, ты чего так разговариваешь? За что злишься не пойму? Что машину починить не могу? Так утром же, сказал.

— А что ты вообще можешь? Зло крикнула Ольга. Ни машину починить, ни денег нормальных заработать, продолжила она.

— Вот это поворот, отозвался Лёха. Так тебе денег мало? И давно ли? Раньше как то не замечал в тебе жажды наживы.

— А что ты вообще замечаешь?- вопросом на вопрос отвела девушка.

— Вот что, оборвал её Алексей. Ты сейчас спи, закроем эту тему, а то мы разругаемся. А утром поговорим.

Ответом ему было молчание. Лёха, скрипнув дверью вышел из дома. Хоть обидные слова и засели в голове, он решил не обращать внимания на резкий перепад настроения Оли. Может и правда перенервничала, видеться ей всё что-то. Пусть отдохнёт, подумал он и пошёл перед сном прогуляться по окрестностям.

Долго бродил, в дом идти совсем не хотелось. Ольгино поведение очень неприятно осело на душе. В итоге, решил переночевать в сарае рядом с домом. Чтоб с утра пораньше встать и заняться автомобилем.

С утра пораньше, разбуженный стойким запахом перегара пришедшего помочь механика, Лёха самозабвенно чинил свою ласточку. Спустя пару часов, мотор заурчал, механик получив обещанную плату, ушёл. А Алексей только сейчас обратил внимание, что время близится к полудню, а Оля ещё ни разу не вышла на улицу. Не позвала завтракать, о чём сразу же напомнил заурчавший желудок.

— Оль, Оля? Позвал вошедший в дом Алексей. Тишина в ответ. — Оль, ты где? Спишь чтоль ещё? Я машину починил, можно ехать. — Лёха стоял посреди комнаты, Ольги не было.

— Починил, так ехай. Вдруг раздалось из-за спины. Алексей аж подпрыгнул от неожиданности.

— В смысле ехай? А ты? Ты ж первая хотела отсюда побыстрей убраться. Произнёс опешивший от такого поворота Лёха.

— Тогда хотела, сейчас нет, как-бы между прочим, произнесла Ольга. — Я вообще не хочу отсюда уезжать.

— Как это? А работа, а мама, а я, в конце концов? Таращился на Ольгу парень.

— А вот так! Не хочу и всё! Матери позвоню, а на работе и без меня справятся. А ты... А ты можешь быть свободен.

— Оль, ты в своём уме сейчас? Ты что такое говоришь?! На что жить собралась? И что значит, могу быть свободным?!

— То и значит. Гуляй себе и всё. На мне свет клином не сошёлся. А уж на что прожить я придумаю. Без тебя!

Лёха стоял словно его окатили ледяной водой. Он буквально разрывался пополам! С одной стороны, Оля его в наглую оскорбляла, относясь к нему, как к какой то вещи, хочу, беру хочу, выкину.

А с другой это как будто и не Оля вовсе перед ним. Надменная, стервозная, язвящая на каждое слово... Нееет, Оля не такая! Она добрая, отзывчивая... Поток его мыслей прервал ледяной тон Ольгиного голоса:

— Ну? Долго ждать-то?! Мне бы убраться в доме, так твой хлам мешает! Собирай вещи и езжай домой!

Больше Лёха терпеть не стал. С остервенением он схватил сумку, как попало запихнув в неё то, что на днях выложил и вылетел из дома не оброня ни слова и не обернувшись, с силой хлопнул дверью.

Через минуту заурчал мотор и машина Алексей поехала прочь от дома. Обида душила Алексея. Так мерзко Оля себя никогда не вела. Никогда не унижала. Возбуждённый гневом мозг отказывался искать объяснения такому поведению девушки. Лёша целенаправленно ехал вон из деревни.

Вдруг, краем глаза он заметил движение у одного из домов и понял, что это ему машет рукой баба Нина.

Нехорошо, подумал Лёха, надо попрощаться. Обида обидой а бабуля ни в чём не виновата, что вот так проигнорировать человека, который по доброму к ним отнёсся.

Остановив машину, он натянул на лицо приветливую улыбку и вышел из-за руля.

— Гляжу починил машину-то, произнесла баба Нина. -Ты куда это милок на всех парах летишь?

Думала, проскочишь не заметишь.

— Да уж заметил бабуль, улыбнулся Алексей старушке. Домой я уезжаю.

— Как домой? Один? А Ольга что ж? Она как же?

— Да вот так, грустно развёл руками молодой человек. Говорит, уезжай, а я здесь останусь.

— Как останусь? не поняла баба Нина. -С кем же это?

— Да одна и останется! Со вчерашнего дня, как с цепи сорвалась. Что ни слово, то поперёк. Поругались мы, я один уезжаю.

— Как с цепи говоришь сорвалась? Задумчиво произнесла баба Нина. — А скажи-ка милок, ты вчера когда от меня убёг, что у вас произошло?

— Вчера? Отозвался Лёха, — а ничего! Я пришёл, она спала.

— Спала? Подняв бровь спросила старушка. — Белым днём спала?

— Ну да, ответил он, окна позанавешивала и легла спать.

— А перед тем как вы ко мне пришли, что случилось? Вы ведь не просто так ко мне забежали. Продолжала баба Нина.

— Не просто, потупив взгляд произнёс Лёха.

-Стыдно сказать баб Нин, Ольга гулять ходила, да на кладбище забрела. Перепугалась там от чего -то до смерти. Лежала на могиле и верещала так, что я за километр услышал! В дом ни в какую возвращаться не хотела. Кричала, что родственница её умершая к ней приходит и что-то от неё хочет. Вот мы к вам на ночь и решили прийти, чтоб Оля не нервничала сильно. А когда она за вещами в дом сбегала, то и передумала сразу. Почему то. Подытожил Алексей. Вот с того дня, как подменили. Грубит, язвит.

— Ты вот что милок! На Олю- то не обижайся! Не она это вовсе. Вдруг сказала баба Нина.

— Как это не она? Вытаращил глаза Алексей. — Она, как есть. Взбелинилась, но она. Пускай одна тут пару дней покукует, тогда и посмотрим, как успокоится и домой доберётся.

— А никак не доберётся! Спокойно ответила бабуля, — Она не вернётся боле, если не помочь ей. Ты милок, я так понимаю, девке — то своей не поверил, что к ней родня покойная приходила?

— Баб Нин! Ну, честное слово! Вы вроде взрослый человек! А такую ерунду несёте!

— Нет Лёшенька, без обид произнесла бабулька, вы в своём городе-то живёте, а жизни и не видывали! Только то, что вам по телевизору кажут, то и смотрите. В жизни, мил человек, много чего есть, во что и поверить сложно! Лёха ошеломлённо молчал, а баба Нина продолжила:

— Ты вот гордость-то свою спрячь на сегодня, да и останься у меня на ночку. Машину подальше убери и понаблюдай за своей Ольгой. А уж потом и решим чего делать.

Минут через десять, отогнав машину подальше от дома бабы Нины, Алексей вернулся к ней в дом.

— Я ведь не зря Алёша по вашему приезду спросила, знает ли Оля, кто её родня-то была, завела разговор баба Нина. Анна Горелина, по всей окрестности не добрым словом славилась. Ведьмой она была. Да не обычной ворожеей, а ведьмой чёрной! От такой, доброго дела не допросишься. А вот пакость совершить, это долго просить не надо. Кому смерть нужна была в помощники, те к Анне -то и приезжали. Не берусь уточнять, но не один десяток душ загубленных на её совести! Дык чего уж, только с нашей деревни, почитай человек пять и будет!

Она не особо с неугодными церемонилась. Полночь выждет, перед зеркалом своим чего пошепчет, да на кладбище побежит. А уж после этого и жди покойника. Многие к ней приезжали с городов разных. Кто конкурентов устранить, кто любовника опостылевшего в гроб загнать, а кто и за наследством охочь, от родни избавиться. С открытым ртом Лёха слушал бабу Нину.

— А ты баб Нин откуда всё это знаешь.

— Так по молодости -то, подружками мы были. Ох, и заводная Анька была! Хохотала без умолку!

Первая плясунья на деревне. Благодарна она нам шибко была.Моя маманька однажды её от смерти спасла. Прихворала Анна и когда вся семья на работу в поле пошла, она дома осталась. Задремала видать, да и не обратила внимание, что дым с печки не в трубу пошёл, а в дом. Заслонку кто-то забыл вытащить. Так и угорела бы во сне, если б не мамка моя, ко времени её проведать заглянула. Дверь- то распахнула, а в доме и не видать ничего. Один дым. Она во внутрь и кинулась, да волоком с постели её на улицу и потащила. Ещё бы пара минут и девка бы задохлась. Закончила баба Нина.

— А как же она ведьмой -то стала. Если сама говоришь что заводилой, да плясуньей была.

— Тю, паря! Да многоль человеку надо чтоб оступиться?!

Жених у неё был, Мишка, так вот почитай в канун свадьбы Анна и узнала, что он жениться -то согласен, да не согласен однолюбом быть! К Верке, что через три дома жила, каждый вечер, как на работу бегал. Аньку на руки матери сдаст, мол, вот жених какой честный, до свадьбы ни-ни, а сам к Верке бегом, да всю ночь тешутся! Вот Анна с обиды и пошла по пути нехорошему. Очень уж она отомстить жениху хотела. И ведь отомстила! Мишка-то с ума сошёл. По началу всё рассказывал, что ему мертвяки жить не дают. Дык, мы тоже усмехались! А когда он повесился, молодой да красивый, уже не до смеху было. Я тебе больше скажу! После похорон, Мишку пол деревни видало. Синюшный, шатается, с кладбища по тропке к дому Анны ходил. Как уж она смогла его превратить в упыря, то не ведомо. А только служил он ей, до поры пока видать не надоел. Тогда и сгинул вовсе.

— И что ж все видели что она такие вещи творит и никто ничего не сделал- спросил Лёха.

— А чего сделаешь? Сунешся к такой, она всё семейство проклянёт. Весь род ни за что и сгинет. В мою молодость, сынок, таких «рукодельниц» почитай в каждой деревне было. Кто-то послабее, травками, да шёпотком, а кто посильнее к нечести обращался.

— А, как ты баб Нин узнала, что она в зеркало что-то шепчет.

— Так я ж говорю, дружны мы с ней были. И я в дом вхожа была. Она пока совсем -то не озлобилась на меня, сама и рассказала, что через это зеркало с нечистью общается.

— А озлобилась за что, переспросил Алексей.

— Дык, я ей, после её очередного душегубства и высказала всё. Что злоба злобой, но она же душу свою дьяволу продала, что когда помрёт ведь за всё ответ держать будет! А она мне, как рявкнет, что мы сами все подохнем, а она вечно жить будет! Выгнала меня в зашей и вдогонку крикнула, чтоб духу моего не было на её пороге, иначе на себя пенять буду...

Потом, они сидели в полной тишине, думая каждый о своём. Бабуля молодость вспоминая, а Лёха пытался переварить информацию, которая полностью противоречила уму человека-разумного.

Время меж тем к вечеру клонилось. И только мягкие сумерки сменились ночной тьмою, Алексей прошмыгнул под окна дома, где сегодня днём он оставил Олю. Весь дом был погружен в темноту.

Через какое -то время, скрипнув, открылась дверь. И неспеша, из дома вышла женская фигура. Алексей сразу понял, что это Оля. На плече у неё висела небольшая сумка. Уверенной походкой фигура направилась к задней калитке и пошла тропой в сторону леса.

Алексей чуть поодаль шёл за ней. Не оглядываясь и не страшась ночной тьмы, шагала она к кладбищу. Как в темноте, без какого либо освещения нашла могилу своей умершей родственницы, Алексей не понимал.

Остановившись перед земляной насыпью фигура достала из сумки свечи, расставила их по периметру могилы и зажгла. Теперь, Алексей мог более ясно видеть всё, что делает фигура девушки. Единственное, что он видеть не мог, так это лица.

Фигура же, не подозревая, что за ней следят, продолжала свой ритуал. Вытащив из сумки пучок сухих трав, она так же затеплила его от огня свечи и воткнула в центр могилы. Далее из сумки были извлечены предметы, принадлежность которых Алексей не понял. Какой- то по виду ржавый металлический круг, внутри которого была такая же ржавая звезда. Последней из сумки была вынута книга.

В какой -то момент, фигура чуть повернула голову и Алексей смог разглядеть часть лица. Каково же было его удивление, что в этой части, ему не показалась знакомой ни одна чёрточка!

Ошеломлённый Лёха решил, что всему виной темнота и блики свечей, но всё же решил проверить. Потихоньку крадясь средь надгробий и крестов, Алексей полз вперёд, чтоб хоть на полметра, но оказаться впереди стоящей фигуры. И ему это удалось!

С широко распахнутыми глазами, он лежал на чьей-то могиле и таращился на фигуру. Это была не Оля! Перед надгробием в свете свечей, читая заклинание по книге, стояла умершая Анна Николаевна.

Очень много сил приложил Лёха, чтоб не заорать в голос, от страха, от неожиданности, от непонимания... Одна мысль билась в его голове «где же тогда Ольга?»

Прилагая неимоверные усилия, Алексей так же незаметно крался обратно, за спину умершей старухи. И оказавшись на безопасном расстоянии он, натыкаясь на мобильные холмы и кресты, бежал прочь с кладбища. Прямиком к дому.

В буквальном смысле влетев на крыльцо, он помчался в комнаты. В доме стояла абсолютная тишина и темнота. На ощупь, руками дотрагиваясь до стен, он шаг за шагом уходил в глубь. Заметив еле заметную полосу света, он направился к ней. Потихоньку, стараясь не шуметь, он отодвинул щеколду и распахнув дверь, ведущую в комнату, замер с открытым ртом.

Сделав шаг внутрь, Алексея заколотило, он не верил своим глазам, его мозг просто отказывался понимать и верить в происходящее. Он стоял посреди комнаты, освещённой десятком свечей, прямо перед зеркалом. А в нём, вместо самого Алексея, отражалась Ольга, стоящая с закрытыми глазами и сложенными руками на груди...

Так страшно ему не было ещё никогда. Резкий бой часов висевших на стене комнаты вывел его из ступора. Часы пробивали полночь. Действовать нужно было решительно. Но как назло в голову не приходила ни одна мысль. А между тем, видение Ольги в зеркале начало медленно таять.

— Боже, Оля, Оля, кинулся Алексей к зеркалу и заколотил по нему руками. Отражение исчезало. Дальнейшее было спонтанным действием на которое Лёха пошёл от отчаяния и, которое, в конце концов, оказалось единственно правильным!

Он выбежал в сени, схватил с подоконника молоток, который он заметил ещё по приезду в дом и, вернувшись в комнату, со всей силы швырнул его в зеркало. Звон стекла был оглушительной силы, Алексею показалось, что сейчас его перепонки лопнут. И в тот же миг, со стороны кладбища, разрывая ночную тишину, зловеще и протяжно взвыла нежить, существование которой разбилось вместе с зеркалом.

А дальше, не теряя ни минуты, Лёха помчался обратно на кладбище. Вороньё кружило повсюду, оглашая погост скрипучим карканьем. Ещё издалека Алексей увидел свечение над могилой, там, где дух Анны Николаевной, вошедший в тело Ольги, и почти заполучивший её, проводил заключительную часть обряда. Оля без чувств лежала у подножия захоронения. Земля на могиле была словно вывернута на изнанку, обнажив часть гроба. Казалось, сама домовина старалась помочь своей нынешней владелице, покинуть мир мёртвых. Обряду не суждено было свершиться. Разбив зеркало, Алексей уничтожил возможность нечисти выходить в мир живых.

Подняв Ольгу на руки, Лёша пошёл прочь с кладбища. Придя в дом бабы Нины, он осторожно положил девушку на постель, попросив старушку присмотреть за ней, а сам вышел из дома.

— А ты далеко ли собрался? услышал Алексей вопрос.

— Нет бабуль, я тут рядышком, завершить кое что, хитро улыбнулся он...

— Хорошо горит, раздалось из-за спины. Обернувшись, Алексей увидел бабу Нину.

— Хорошо, согласился он, глядя на ярко оранжевое зарево. Пламя, красными языками взмывалось в небо. Словно огромный дракон, слизывая с некогда ещё крепкого дома, бревно за бревном. Огонь полностью уничтожал прижизненное пристанище ведьмы.

— Как она? Повернувшись к бабе Нине спросил Алексей.

— Олюшка-то? Да хорошо уже, спит себе посапывает. Завтра уже и не вспомнит ничего.

© Юлия Скоркина

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Загрузка...