За что боролись...

Татьяна и Павел поженились, еще когда оба учились в институте. Они радовались каждому новому дню, были молоды и беспечны, поэтому, когда Таня забеременела, приняли решение пока отказаться от ребенка.

– У нас нет ни своего жилья, ни времени, ни денег на его воспитание, – говорил Павел. – И тебе и мне осталось всего полтора года до диплома, ты что, собираешься бросить все? Я нет, мне надо доучиваться. А с ребенком какая будет учеба?

– Да все я понимаю, – вздыхала Таня, – я тоже не готова, просто жалко.

– Тань, ребенок – это не котенок, ему нельзя просто молока дать и пусть сам растет. Но если ты хочешь, пожалуйста, рожай. Только не жалуйся, что я тебе не помогаю, говорю сразу, времени на это у меня не будет.

– Я все понимаю…

Через три дня Татьяна вернулась из больницы и почти неделю никуда не выходила, лежала, отвернувшись лицом к стене.

Павел с сочувствием смотрел на нее, но о том, что она сделала, не жалел. Он ухаживал за женой, доказывал ей свою любовь, и она постепенно оттаяла. Жизнь вернулась на привычные рельсы.

Супруги закончили учебу, устроились каждый по своей специальности, и принялись обустраивать собственную жизнь. Сначала работали, чтобы купить собственное жилье, потом нужно было пожить для себя, съездить на отдых, приобрести машину, да мало ли что еще хотелось молодым супругам.

Годы шли. Татьяна и Павел привыкли к комфорту и считали, что им очень повезло в жизни. Они много раз бывали за рубежом, позволяли себе обеды и ужины в ресторанах, выходные старались проводить в интересных поездках.

Тридцатипятилетие Татьяны решили отмечать на природе, поэтому пригласили гостей на дачу, где все было обустроено для отдыха. Праздник прошел весело, но Таня заметила, с каким удовольствием Павел гонял мяч с маленькими сыновьями друзей, как смеялся рассказам о проделках малышей и вообще уделял больше времени чужим детям, чем ей, своей жене.

Обида захлестнула женщину: он сам не позволял ей рожать, после первого оплатил еще два аборта, а теперь развлекается с ребятней. Аня, мать – младшего из ребят, улыбаясь, вытерла вспотевшее лицо сынишки:

– Кирюша, может ты пить хочешь? Воды налить?

– Ага! – мальчик напился и снова бросился в игру, старательно забирая мяч у Павла.

– Сколько лет Андрюше?

– Недавно исполнилось три, – почему-то смущенно ответила Аня и перевела разговор на другую тему.

На следующий день Татьяна заговорила с мужем о собственном ребенке.

– Тебе не кажется, что нам уже давно пора подумать о малыше?

– Опа, как-то неожиданно. А, впрочем, я не против, давай попробуем, – без особого энтузиазма ответил Павел.

Долгие два года Татьяна пыталась забеременеть. Она стала нервной, издерганной, постоянно срывалась на муже, он тоже не молчал и недовольство друг другом нарастало как снежный ком.

Таня теперь часто лежала в больницах, восстанавливая женское здоровье, тратила кучу денег на всевозможные процедуры и, в конце концов, добилась успеха.

Когда наступила долгожданная беременность, она была просто на седьмом небе от счастья. Павел поддерживал жену, покупал все, что необходимо, терпел ее капризы, навещал в больнице, когда она ложилась на сохранение, но однажды не выдержал:

– Послушай, Таня, я устал так жить. Вообщем, я от тебя ухожу.

– Как это? – вытерла слезы Татьяна.

– Просто. Я подаю на развод. Не хочу больше жить с тобой.

– Паша, ты что такое говоришь? Мы с тобой прожили столько лет!!! Ты что меня разлюбил? А сын??? Ведь ты так хотел сына! У нас ведь будет мальчик! Паша!

– Таня, у меня уже есть дети. И я ухожу к ним. Ты помнишь Аню, она была на твоем юбилее и маленького Кирюшку? Это мой старшенький. А год назад Анюта родила Илюшу. И я хочу жить с ними. Да и еще, на развод я уже давно подал, скоро придут бумаги.

– Что??? Что ты сказал??? – у Тани началась самая настоящая истерика. – Ты мне врал, все врал, пока я делала аборты, ты заводил детей на стороне??? Мерзавец, подлец!!! Убирайся, пошел вон! Вон!!!

Но едва Павел двинулся к выходу, она кинулась за ним и стала умолять остаться, а потом, резко вскрикнув, схватилась за живот.

– Помоги! Помоги…

– Брось ломать комедию, терпеть не могу твои выходки! – Павел отвернулся от жены, но едва закрыл за собой дверь, услышал глухое падение тела. Он вернулся и быстро набрал номер скорой. Татьяна родила недоношенного, слабенького мальчика.

Павел посмотрел на жалкое сморщенное существо, вспомнил красивых румяных сыновей, взял бумагу и написал отказ от сына, который на его взгляд, был так слаб, что вряд ли бы выжил. А потом ушел, даже не проведав свою жену.

Татьяна прорыдала все дни, что находилась в больнице. Молоко у нее перегорело практически сразу, малыша ей не приносили, ему нужно было постоянное наблюдение докторов, поэтому и выписали ее одну.

Несколько дней она навещала безымянного сына, а потом тоже подписала отказную.

– Как вы назовете сына?

– Мне все равно, я его забирать не буду. Он сломал мне всю жизнь.

– Дура ты! Как ребенок может сломать тебе жизнь? Ты ж посмотри на него, маленький какой, несчастный. Сначала отец от него отказался, потом мать, как же вам не стыдно? – ругалась пожилая медсестра.

– Ну ладно бы подростками были, у тех ума нет, а вы же взрослые люди!!!

– Меня муж бросил…

– Ну и плюнь на него, не оставляй мальчонку, пожалей!

– Не хочу…

Татьяна ушла. Чужие люди назвали ребенка Иваном и заботились о малютке, даря ему свою заботу и внимание.

Как оказалось, Ванечка очень хотел жить. В его худеньком тельце были спрятаны невероятные природные силы, и он поборовшись со смертью первый месяц своей жизни, бой выдержал и быстро стал набирать вес.

Прехорошенький мальчик легко узнавал Андрея Андреевича, врача, который наблюдал его и когда пришло время передавать его в дом малютки, просто не мог найти себе места.

Сам Андрей усыновить малыша не мог. Он был пятидесятилетним бездетным вдовцом, а потому шансов на то, что Ванюшку отдадут ему, был очень мал. И все-таки он не оставлял ребенка и постоянно навещал его. А потом детский дом, где воспитывался Ваня, перевели в другой город и их следы совсем потерялись.

Тяжелая судьба выпала на долю мальчика, два раза его усыновляли, но первый раз, когда ему было всего три года, его вернули обратно – родные дети усыновителей не захотели принять малыша и настояли на том, чтобы папа и мама избавились от него.

Во второй семье пятилетний мальчик прожил год, а потом сбежал сам. В этой семье было уже около десяти детей, и она мало чем отличалась от детского дома. Семья жила в деревне и просто пользовалась детским трудом и получала за всех приемышей деньги. Детей часто били и наказывали и однажды вечером Ваня на улицу и ушел, чтобы больше никогда не вернуться к ним.

Loading...

Ему удалось добраться до городской свалки, где он и поселился в старом ржавом вагончике, подружившись с собачьей стаей, обитавшей там. Сюда часто привозили просроченные продукты, и Ваня питался, выбирая то, что было еще пригодно.

Однажды на свалку пришли нищие и увидев ребенка, принялись прогонять его, кричать и ругаться.

– Ты чё сюда приперся? А ну пошел отсюда, тут наша территория!

– Дяденька, но я же ничего не сделал, мне негде жить просто.

– Ах ты щенок! Я тебе сейчас уши надеру! Шкуру спущу! Здесь все куплено, понял?

Но когда один особо агрессивный бродяга замахнулся на ребенка, на него накинулась разъяренная собачья стая, и вся компания нищих разбежалась кто куда, спасаясь от оскаленных клыков. Случившееся увидел камазист, привезший на свалку какие-то отходы, и подъехав к мальчишке присвистнул:

– Это что еще за Маугли? ты что здесь делаешь, пацан?

– Живу.

– Как это живешь? А родители твои где?

– Не знаю, – махнул рукой Ваня, я ничейный.

– А зовут тебя как? – Ваня.

– Ясно. Ну вот что, Ваня, ты давай залезай ко мне в кабину, поедешь со мной, у меня поживешь, пока подумаем, что с тобой делать. Эк от тебя несет, брат!

Доброго камазиста звали Василием, он жил со старушкой матерью и когда она увидела мальчонку, всплеснула руками:

– Кто это, Васенька???

Василий рассказал и попросил ее хорошенько вымыть мальчишку: – Очень уж от него разит…

Целую неделю Ваня жил у Василия и его матери. Они сожгли его старую одежду и обрили голову, потому что он был просто рассадником для насекомых, но Ваня не жалел о волосах и только каждый вечер, засыпая, просил Бога, чтобы ему не пришлось покидать эту замечательную семью.

Как-то в воскресенье Василий посадил мальчика в свои старенькие Жигули и куда-то повез. Бабушка сунула ему в руки пакетик с пирожками и вытерла слезы концом платка. Ваня оживленно вертелся, смотрел по сторонам, с удовольствием разглядывая незнакомые пейзажи, а потом, утомленный долгой дорогой, уснул.

Он открыл глаза только когда машина остановилась и возле нее послышались голоса. Ванечка осмотрелся и увидел, что Василий привез его к детскому приюту.

– Прости, брат, но я не мог сделать по-другому!

– Ты, ты… предатель, – закричал мальчик, – вырываясь из рук удерживающих его воспитателей, – я же просил…просил…

Василий, проглотив тяжелый комок в горле взглянул, как с силой Ваню уводили, и на глаза навернулись слезы, а на дорожке остался лежать пакет с пирожками, которые мальчику дала бабушка…

Ночь Ваня провел в бреду, а на следующий день к нему пришли и сказали, что его снова хотят усыновить.

– Нет, нет! – кричал Ваня, – не надо! Я прошу вас, не надо! Я не пойду!!!

– Даже ко мне? – изумленный ребенок повернулся на знакомый голос и увидел самое родное лицо седовласого мужчины:

– Дядя Андрей! Дядя Андрей! – бросился к нему Ваня и залился слезами.

Мужчина тоже плакал, обнимая худенькое тельце и прижимая к себе его маленькую колючую от отрастающих волос голову.

– И давай, привыкай называть меня папой, если ты не возражаешь, конечно!

– Па-а-па-а! Папочка! Родной!!! Па-а-па!!!

Прошло двадцать лет. Ванечка вырос и пошел по стопам отца, став хорошим врачом. Он никогда не забывал, что Андрей усыновил его и просто боготворил Андрея за это.

Имея доступ к документам, Иван выяснил, кто его родители, видел подписанные ими отказные листы, но встречаться ни с Татьяной, ни с Павлом не хотел, выбросив их из своей памяти.

Однажды во время дежурства Ивана привезли пожилого мужчину с сердечным приступом, рядом с ним суетилась и плакала его жена – бедно одетая женщина с сухим изможденным болезнями лицом. Иван сделал все, чтобы спасти мужчину и это ему удалось. Усталый, он вышел в коридор и успокоил ожидавшую женщину:

– С вашим мужем все будет в порядке. Не волнуйтесь, его жизни ничего не угрожает.

Татьяна, а это была она, мельком взглянула на молодого доктора, а потом посмотрела на него долгим внимательным взглядом. Он ей напомнил кого-то, нет определенно, она его уже где-то видела. И только когда Иван повернулся и пошел прочь, она похолодела: вся фигура, походка и, конечно, лицо – перед ней только что стояла копия ее молодого Павла.

Татьяна закрыла рукой рот, сдерживая рвущийся крик: неужели это был ее сын??? Сколько, сколько ему было лет, когда она оставила его?? Да, кажется, все совпадает… Татьяна расплакалась, стоя у окна и глядя на листья, которые падали, сорванные порывами осеннего ветра.

После того как Павел ее бросил, Таня жила одна. Ей осталось все: квартира, дача, все имущество и она жила там как сторож, не получая никакого наслаждения от окружавшей ее роскоши. И каждый день был похож один на другой.

Три года назад Павел пришел к ней и попросился назад. Когда он заболел, стал не нужен своим детям и жене. И они выставили его, а потом еще подали в суд и забрали дачу и квартиру, разменяв ее на меньшую площадь. Татьяне купили старенькую двушку, куда и пришел потом Павел.

Таня простила его. Она больше не хотела жить одна. Но старший сын Павла, Кирилл, решил не давать отцу спокойно жить. Он постоянно требовал денег и довел отца до сердечного приступа.

Татьяна вздохнула, как тяжело на душе. И неужели этот молодой доктор их сын? Но как это узнать? А Иван ушел в ординаторскую и тоже стоя у окна подумал, что сейчас спас своего биологического отца, но ничто не дрогнуло в его душе. И мать… она так смотрела на него… Иван грустно усмехнулся. Где же вы были раньше???

Когда Павла выписали, и Татьяна забрала его, во дворе больницы они увидели Ивана. Он стоял с красавицей женой и держал на руках сына. Опустив голову, Таня прошла мимо, а потом вдруг спросила Павла, не желая нести в себе страшный секрет:

– Знаешь, кто лечил тебя? Твой сын. Тот самый, от которого мы с тобой отказались. А это его семья. Неужели ты не узнал его??? Он же просто твоя копия…

– Что-о-о? Что ты сказала? – воскликнул Павел, повернулся и быстро пошел к Ивану. Он остановился в шаге от него и встретился с ним взглядом.

Целую минуту они смотрели друг на друга, и Павел понял: этот парень все знает, знает и Татьяна права, это он!!!

– Сынок… Иван вздохнул:

– Вы ошиблись, извините. У меня другой отец. – И добавил: – Выздоравливайте!

Он обнял жену и пошел прочь. А Павел стоял и смотрел им вслед, слыша за спиной сдавленное рыдание Татьяны...

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Loading...