Дурь ушла

Родился раньше срока. Был слабенький и бледный. Часто болел. За него очень боялись, потому что постоянно пугал какими-то неожиданными болезнями. И каждый раз думали: это всё.

Но он потихоньку рос. Правда, долго не мог ходить. И разговаривать научился позднее сверстников. Родные полагали – иногда, что с умственным и психическим развитием тоже будут проблемы.

Но Бог миловал. Постепенно в норму входил. И всё наладилось. Однако болезненность не отступала. Частые ангины. Острые и опасные. ОРЗ и прочее. Привязчивая аллергия чуть ли не на всё.

И его, конечно, баловали. Особенно бабушка. Потому что мальчик как бы был её достоянием. Он почти жил у неё. Она его многому научила. Терпение нужно огромное – ходить научить. А затем играть, слушать внимательно книжку, мультик до конца досмотреть. А ещё правильно ложку держать и за собой ухаживать.

Не только терпение требуется. Но и любовь. Тоже большая и сильная.

Чтобы он что-нибудь сделал – нужно было уговаривать. Чуть ли не подкупать. Это очень сердило отца. И он его наказывал, когда мама и бабушка не видели.

Сын поэтому отца недолюбливал. Старался держаться от него подальше. А отец, как говорится, и не лез. Пусть женщины сами справляются. Карты им в руки. А он – мужчина, работает и семью содержит.

И годы также бегут.

Мальчик годам к десяти немного окреп. Ангины и ОРЗ отступили. И он днями бегал с мальчишками во дворе. Учился слабо: с двойки на тройку. Видимо, избалованность виновата. Заниматься не хотел.

Годам к пятнадцати жизнь его заполнили друзья. Он ставил их выше родителей. И бабушки, которая его воспитала. Не разговаривал с ними, смотрел свысока и грубил.

Мать и бабушка как бы были недостойны его внимания. Друзья – то ли дело!

Как-то уехал к другу на дачу. И отключил телефон. Не было почти сутки. За это время мать с бабушкой, наверное, потеряли не один год жизни. Явился довольный и спокойный. Сказал, что уже вырос. И контролировать себя не позволит. Пусть они – взрослые – примут этот факт.

Отец не удержался. Влепил пощёчину. Бабушка бросилась защищать внука. Была безобразная сцена.

Мальчик вызывал бешеное беспокойство всех взрослых. Отец полагал, что его сын, как говорится, ленивая бестолочь. Что нормального человека из него не получится.

Loading...

Примерно то же самое думала о нём мать. Но надеялась на чудо. Чудо – конечно – армия. Что она вразумит и на путь истинный направит.

Бабушка испуганно отгоняла от себя печальные мысли. Тайком молилась за «своего мальчика». И иногда говорила ему на ушко, что верит в него.

Самое тяжелое время – от пятнадцати до семнадцати лет. Мальчик был как ненормальный. Злость в глазах и в словах. Холодное презрение ко всем, кроме друзей.

Слёз было пролито немало. И родители боялись, как бы он никуда не вляпался. Вдруг дело до колонии дойдёт? Кто знает, где мальчика носит? Чем занимается?

Он часто дома не ночевал. Обособился и как будто озлился.

Вырос, ноги и руки сделались большими. Плечи вымахали.

Исполнилось восемнадцать лет. За столом сидел тихий, как бы поникший. Его поздравляли. И он иногда улыбался. Слушал, что бабушка говорит о своей жизни. И о быте. Слушал и ничего не говорил. Молчал.

На следующий день появился у неё. Принёс какую-то коробку. Вытащил из неё инструмент. Ничего не говоря, прошёл в комнату. Починил дверку у книжного шкафа. Она болталась на одной петле. Затем вынул все книжки. Выровнял корпус шкафа, укрепил ножки. Налил воды и протёр полки. Вернул книжки на прежнее место.

В прихожей снял старый замок, на который нельзя было положиться. И поставил новый – с собой принёс. Смазал машинным маслом, и дверь ответила мягким летящим движением.

Бабушка смотрела и тихонько плакала. На кухне съел большую тарелку борща. Поцеловал старушку и ушёл.

А она сидела и думала. Поняла, что дурь ушла. И из колючего неуравновешенного подростка получился мужчина.

Не зря верила – в него.

Автор: Георгий Жаркой

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Loading...